15
Янв
2014

А.Иванчик: Борьба за академию происходила при полном равнодушии общества

Судьба науки в России никого не интересует

Если в обществе возникает вопрос, зачем нужна наука и не дармоеды ли ученые, это общество явно не в порядке


Vedomosti.ru

В последние месяцы, начиная с конца июня, власти России занимались уничтожением Российской академии наук, главной научной организации страны. Академия не сдалась без борьбы, но, как легко было предположить, проиграла.

При этом выяснилось неожиданное для академического сообщества обстоятельство — наука и ее судьба в России практически никого за пределами этого сообщества не интересуют. Борьба за академию происходила при полном равнодушии общества. В социальных сетях людьми, не связанными с наукой, эти события практически не упоминались, а митинги в защиту академии собирали в лучшем случае тысячу участников, хотя новости о попытках сопротивления регулярно появлялись в интернет-изданиях.

Более того, реакция оппозиционно настроенной творческой интеллигенции и журналистов, которых сопротивлявшиеся власти ученые наивно считали своими естественными союзниками, часто была (если вообще была) враждебно-злорадной. Будем называть эту группу для удобства «прогрессивной общественностью», тех же людей нередко именуют «креативным классом», хотя в его состав ученых, несмотря на их очевидную креативность, кажется, не включают.

 

Была ли Академия наук общественно значимой?
 

Типичным было, например, такое соображение, высказывавшееся разными людьми от никому не известных интернет-комментаторов и блогеров до журналистов Ксении Лариной и Дмитрия Быкова: академия заслужила свою судьбу, потому что не выступала по общественно значимым вопросам — не вступилась за Pussy Riot, не выступала против клерикализации образования или закона о пропаганде гомосексуализма. «Была ли Академия наук сколько-нибудь общественно значимой организацией?» — спрашивал Быков. И отвечал: нет, поэтому ее судьба меня не волнует. К высказываниям Быкова мне еще придется возвращаться: не из-за особого к нему пристрастия, а потому, что его высказывания, с одной стороны, очень типичны, а с другой — благодаря его таланту ясны, определенны и даже афористичны. Речь здесь ни в коем случае не идет о полемике с его личными взглядами: его скорее следует рассматривать как спикера довольно широкого общественного слоя.

Такая позиция на непредвзятый взгляд кажется довольно странной. Прежде всего удивляет то, что «общественная значимость» институции оценивается не по тому, насколько хорошо она исполняет свою прямую функцию в обществе, а по тому, насколько активно участвует в политическом протесте. Мало участвует, значит, ей нет места в обществе.

Здесь напрашивается много аналогий. Например, судебная система в России не только не участвует в протесте, но и, напротив, является орудием политических репрессий. При этом и свою основную роль выполняет неважно. Представим себе, что власть решила из каких-то своих соображений уничтожить существующую судебную систему, сохранить только суды первой инстанции и подчинить их назначаемому правительством чиновнику, не юристу, а специалисту по финансам, при этом сократив число судей примерно наполовину. Это примерно то, что было сделано с академией. Или, например, сократить половину врачей, уничтожить существующую систему медицинского обслуживания, сохранить только районные поликлиники, укрупнив их, а начальником поставить еще одного финансиста. Или распродать коллекции Эрмитажа и Музея изобразительных искусств с целью пополнения бюджета, как уже делалось в 30-е гг. Интересно, Дмитрий Быков тоже считал бы, что больницам, судам и картинам туда и дорога, потому что Верховный суд, Минздрав и музеи не выступали против политических злоупотреблений, а потому не являются общественно значимыми?

Как ни странно, такая позиция практически ни у кого не вызвала изумления, а воспринималась как довольно естественная даже и теми, кто с ней был не согласен. Одна из причин этого, мне кажется, в том, что такая модель рассуждения глубоко укоренилась у нас с советских времен.

В самом деле, в СССР, когда решался вопрос о том, назначить ли ученого руководителем лаборатории, отправить ли его на зарубежную конференцию, рекомендовать ли студента в аспирантуру, разрешить ли художнику организовать выставку, напечатать ли роман писателя и т. д., т. е. в какой мере позволить творческому человеку заниматься профессиональной деятельностью, главным критерием был вовсе не его профессиональный уровень. Конечно, качество работы принималось в расчет, но гораздо важнее было «общественное лицо» — состоит ли он в партии, ходит ли на демонстрации, какую общественную работу ведет.

Так и теперь: «общественность» решает, надо ли поддерживать академию, не на основании того, насколько она профессионально состоятельна, а глядя на ее «общественное лицо». При этом игнорируется тот вообще-то очевидный факт, что сотрудники академии во всех протестных акциях участвовали наравне с прочими гражданами (а может быть, и в большем количестве, если учитывать долю от соответствующей группы) — но выступали, естественно, не в своем профессиональном качестве, а как обычные граждане. Впрочем, даже и «научно-образовательные колонны» в составе протестующих заинтересованный наблюдатель мог бы заметить.

Очевидно при этом, что задача Академии наук в обществе состоит вовсе не в том, чтобы участвовать в протестах, а в том, чтобы развивать науку, производить новые знания. Именно по тому, насколько хорошо она с этой задачей справляется, и надо судить о ее общественной значимости. Конечно, РАН не лишена недостатков, но на фоне аналогичных организаций в других странах выглядит вполне прилично, а уж на фоне других российских научных учреждений и вовсе занимает выдающееся место. Из государственного финансирования, направляемого на гражданскую науку, РАН получает примерно 17%; примерно таков же процент и работающих в РАН исследователей. При этом они обеспечивают 55% всех научных публикаций, причем самых цитируемых. При более высоком научном уровне уровень коррупции в академии несравненно ниже, чем, например, в вузах — недаром нашумевшие разоблачения «Диссернета» касались почти исключительно именно вузовских диссертационных советов.

Впрочем, вопрос о том, насколько Академия наук выполняет свою настоящую задачу, у «прогрессивной общественности» даже не возникал. В лучшем случае ее представители повторяли высказывания людей из власти, которым в других случаях не особенно склонны верить, или делились личными впечатлениями о том, что как-то зашли в академический институт и обнаружили там группу теток, пьющих чай, и пустые коридоры. Поинтересоваться же, что эти тетки или другие сотрудники института, которых не удалось застать в коридорах, опубликовали за последний год, никому даже в голову не приходило, хотя, казалось бы, именно по этому показателю, а не по числу выпитых чашек чая следует оценивать деятельность ученых.

 

«Зажравшиеся академики» и академические реформаторы

Еще одним проявлением этой доверчивости к пропаганде была и другая распространенная реакция на уничтожение РАН в среде «прогрессивной общественности»: «Зажравшиеся академики защищают свою недвижимость и привилегии, не считаю нужным им в этом помогать». Именно в таком виде власть стремилась представить академический протест в целой серии пропагандистских публикаций и передач, кульминацией которых стал насквозь лживый фильм, демонстрировавшийся на РЕН ТВ.

В действительности эти обвинения имеют к реальности такое же отношение, как и обвинения авторов аналогичных пропагандистских поделок в адрес «прогрессивной общественности», что она продалась госдепу за «печеньки». Академия наук — это в первую очередь не академики, а научные институты и их сотрудники, занимающиеся наукой. Как и всякая институция, она не однородна — и среди академиков, и среди простых научных сотрудников есть, безусловно, и чиновники, и бездельники, но лицо академии определяется не ими, а активно действующими крупными учеными. Многие из них(не все, к сожалению) являются членами академии.

Как у всякой институции, у академии есть недостатки, в ней существуют злоупотребления. На них давно указывала активная часть научного сообщества, требовавшая реформ, — как члены РАН, поддержавшие В. Е. Фортова, который победил на последних выборах президента РАН с реформаторской программой всего за месяц до начала атаки на академию, так и другие научные сотрудники.

Именно эта активная часть научного сообщества — научные реформаторы и были участниками сопротивления правительственной «реформе», справедливо усмотрев в ней движение в обратную сторону по сравнению с тем, за что они боролись. Консерваторы, научные чиновники и «зажравшиеся», опасающиеся за свои привилегии (конечно, среди академиков есть и такие), напротив, сидели тихо, стараясь не раздражать начальство и полагая — вероятно, справедливо, — что всегда смогут с ним договориться: публичный протест совсем не их метод.

Для участников академического сопротивления вопрос о собственности всегда был второстепенным: он заботил ученых лишь в том смысле, чтобы их институты не были выселены из занимаемых зданий и отправлены в корпуса, возводимые среди картофельных полей новой Москвы. Борьба шла за самоуправление академии и ее институтов, против их подчинения чиновникам, не имеющим отношения к науке и не понимающим ее нужды, — т. е. за сохранение творческой свободы и возможности заниматься своей профессией.

«Прогрессивная общественность», увы, не заметила этого, воспринимая всех ученых как борцов за мифические привилегии. С тем же успехом можно было бы отказать в поддержке закрываемому властями оппозиционному СМИ на том основании, что«зажравшиеся журналисты опасаются за свою кремлевскую кормушку — ведь все журналисты в России не более чем пропагандисты Кремля». Абсурдность такого аргумента так же очевидна журналистам, как и абсурдность обвинения о «зажравшихся академиках» — ученым.

 

Ученые, журналисты и политика

 

Позиция «прогрессивной общественности» кажется не только по-советски партийной и глуповатой, но и морально уязвимой: ее представители требуют от других очень больших жертв, похоже сами не понимая этого. Специфика труда ученого такова, что для работы на хорошем уровне науке следует посвящать все время — ни рабочих часов, ни выходных у ученых нет, их голова работает постоянно. Необходимо иметь и природный талант, но его недостаточно: работать в этой профессии по-настоящему могут только те, для кого наука — призвание и главное дело в жизни.

В то же время политическая борьба и протестная деятельность, если она ведется серьезно, — это тоже full time job. Соответственно, успешно заниматься и тем и другим одновременно невозможно: одно вытесняет другое просто по соображениям недостатка времени. Конечно, среди разного рода политиков (включая и советских диссидентов) немало выходцев из научной среды, но никому не удавалось успешно совмещать научную работу в полную силу с политической борьбой — или, наоборот, с политической деятельностью в лояльных власти структурах. Те ученые, которые активно участвовали в борьбе за сохранение академии этим летом и осенью, полностью почувствовали это на себе: заниматься исследованиями в это время было практически невозможно и для науки эти месяцы были потеряны.

В то же время во многих областях науки даже и трехмесячный перерыв в работе — это очень много, и упущенное потом приходится долго наверстывать. «Прогрессивная общественность», требующая более активного участия ученых в протестной деятельности, таким образом, требует от них отказа от того, что они считают главным в своей жизни, — от призвания и профессии. Такой отказ, кроме того, влечет за собой и существенные материальные жертвы — переставший заниматься наукой ученый быстро деквалифицируется, а затем и деклассируется. С общественно озабоченными журналистами и писателями ситуация совсем иная. Для работы в этих областях тоже, безусловно, требуется и талант, и сосредоточенность. Но участие «словом» в протестной и иной общественной деятельности вполне может — а в определенных условиях и должно — быть частью профессии.

Дело здесь, по сути, в честном отношении к своей профессии. Для журналистов, пишущих на политические темы, в нынешней ситуации участие в политической оппозиции — это честное исполнение своего профессионального долга, условие, что они остаются в профессии(разумеется, если таковы их убеждения). Сервильный политический журналист кончается как профессионал и становится пропагандистом. Для ученых политический протест, наоборот, уход из профессии, ее смена. Для ученых аналогом было бы требование фальсифицировать результаты исследований в угоду политической конъюнктуре, как это нередко бывало в советское время, причем не только в гуманитарных науках, и от чего ученые за последние 25 лет отвыкли. Те, кто соглашается на это, кончаются как профессионалы — как и в случае с сервильными журналистами.

Возмущение правительственной «реформой» РАН объясняется именно тем, что ученые видят в ней угрозу возвращения этого принуждения к фальсификации — и первые меры эпохи ФАНО, вроде требования указать на три года вперед, где и какие статьи они будут публиковать, похоже, эти опасения подтверждают. Сопротивление «реформе» как борьба за право заниматься своим делом честно, по сути, и есть аналогия политическому протесту для журналистов. Разумеется, ученые могут и должны участвовать в политической деятельности в соответствии со своими убеждениями (вовсе не обязательно оппозиционными), но делать это на том же уровне, что обычные граждане (ходить на демонстрации, голосовать и проч.), — они это и делают. Но они не могут и не должны становиться лидерами и спикерами протеста (или, наоборот, охранительного направления) — как должны политические журналисты.

 

Академия наук и власть

 

Есть и еще одно обстоятельство, о котором мало кто среди«прогрессивной общественности» любит вспоминать. Политический протест для ее представителей в массе — дело довольно новое: лишь немногие из них, в частности жертвы уничтожения медиаимперии Владимира Гусинского, находятся в более или менее активной оппозиции уже более 10 лет. Подавляющее большинство принадлежащих к «прогрессивной общественности» еще года два назад вполне мирно уживалось с властью, время от времени выражая вялое недовольство ее наиболее заметными эксцессами. То поведение, которое считается сейчас правильным и порядочным, все 2000-е гг. в тех же кругах снисходительно-насмешливо именовалось «демшизой» и считалось уделом, может быть, и симпатичных, но в целом придурковатых и смешных маргиналов. Это не отменяет того, что в последние два года, когда ситуация в стране изменилась, многие представители того же сообщества демонстрировали достойное восхищения мужество в выполнении своего профессионального долга и платили за это увольнениями и потерей заработков, а в некоторых случаях и настоящим запретом на профессию (то, что в журналистской среде получило название «гребаная цепь»).

Позиция Российской академии в этом отношении была более стабильна и в «доболотное», и в «послеболотное» время. Она как институция не участвовала в чисто политических протестах, но, когда речь шла о сфере ее компетенции, не раз демонстрировала независимость и нежелание встраиваться в «вертикаль». В течение нескольких лет ей удавалось отстаивать автономию и противостоять ясно выраженным пожеланиям власти об административном подчинении Кремлю и об избрании своим президентом нужного кандидата. Собственно, окончательно поняв невозможность подчинить академию и не желая дальше терпеть не вполне подконтрольную институцию, власть и решила уничтожить ее.

Показателен хотя бы известный скандал с фильтрами Виктора Петрика. Поначалу несколько членов академии, в том числе высокопоставленных, поддавшись давлению сверху, дали более или менее положительное заключение о его деятельности, что могло бы позволить Петрику довести до конца свою аферу. Однако затем за дело взялся официальный орган РАН — Комиссия по лженауке, которая не побоялась вступить в прямое противостояние не только с пользующимся могучей поддержкой Петриком, но и с его покровителем Борисом Грызловым, занимавшим в то время, если кто забыл, пост спикера Думы и лидера правящей партии. Комиссия по лженауке и ее члены пользовались во время этого противостояния поддержкой президиума РАН, в том числе и во время последовавших за заключением комиссии разбирательств в судах, где пытался отыграться Петрик. Таким образом, РАН именно как институция выступила если не против власти в целом, то против ее могущественных представителей самого первого ряда. Много ли было в России последних 15 лет государственных и общественных институций, осмеливавшихся на это?

Дмитрий Быков и его единомышленники, однако, об этом не помнят — не потому ли, что наука и ее проблемы в то допротестное для них время интересовали их так же мало, как сейчас, во время протестное? Подобных примеров немало: здесь и письмо 10 академиков против клерикализации школы, которое семь лет назад они нигде не могли опубликовать — в допротестный период никого из представителей даже и относительно свободной прессы это не интересовало, и выступление математиков против стандарта высшей школы, также не привлекшее ничьего внимания, и др.

 

Зачем России наука и ученые?

 

Враждебное равнодушие «прогрессивной общественности» вызвало в академическом сообществе характерную для российских интеллигентов реакцию: ученые стали винить себя в том, что мало объясняли народу, над чем они работают и для чего вообще нужна наука, и мало занимались просвещением и популяризацией. В этом есть доля истины — и немалая. Верно и то, что пресс-служба РАН всегда работала крайне неэффективно: даже и в последние месяцы, когда академия отчаянно нуждалась в медиаподдержке, заинтересованные журналисты жаловались на то, что получить от нее мало-мальскую помощь или даже официальные комментарии было совершенно невозможно(действовала ли она по инерции в прежнем режиме или следовала желанию той части академического истеблишмента, которая стремилась прежде всего не раздражать начальство, — судить трудно).

При этом контакты с противниками академии в правительстве или Министерстве образования для журналистов были гораздо проще, соответственно, даже некоторые вполне добросовестные издания, в том числе иностранные, отражали главным образом официальную точку зрения. Противоположный взгляд был представлен в основном членами «академического сопротивления», говорившими от собственного имени, а не от имени РАН как институции.

В то же время, как представляется, не вся вина лежит на ученых. Если в обществе возникает вопрос, зачем вообще нужна наука и не дармоеды ли ученые, это общество явно не в порядке (кстати, это настроение было в первые дни июля в афористичной форме выражено все тем же Быковым: «Зачем нужна России Академия наук при отсутствии в ней науки?» — заявление столь же ангажированное, сколь и выдающее его слабую информированность). Популярные лекции можно читать, если у кого-то есть потребность их слушать. В действительности попыток популяризации и просветительства было не так мало, но они наталкивались на отсутствие интереса в обществе. Немногие успешные проекты в этой сфере не могут соперничать в популярности, а значит, и в коммерческом успехе с разного рода лженаучными публикациями и телевизионными передачами, начиная с советов астрологов и кончая псевдонаучными произведениями Льва Гумилева или фильмами о загадках Вселенной и пришельцах, которыми заполнено эфирное время центральных каналов телевидения.

Поддерживать их готов не только невзыскательный зритель, но и профессиональное сообщество журналистов, присудившее, например, несколько престижных наград абсурдному фильму «Великая тайна воды», и некоторые властители дум «прогрессивной общественности», вроде Гарри Каспарова, адепта «новой хронологии» Фоменко. Если не говорить о специализированных изданиях, очевидно маргинальных, даже в лучших СМИ редко встретишь журналистов, специализирующихся на научной тематике: обычно наука проходит по разделу «Общество», а редакционная политика отводит научным новостям последнее место, далеко уступающее новостям о драке между футбольными болельщиками, а тем более об убийстве какого-нибудь уголовного авторитета.

Так что просветительством и популяризацией заниматься, конечно, надо, но вряд ли от этого будет толк, пока в обществе не изменятся приоритеты и не сформируется (если сформируется) поколение, более восприимчивое к ним. При нынешней ситуации, боюсь, ученые, наука и интересующиеся ими так и останутся маргиналами и для «креативного класса», и для более широких кругов общественности.

Размышляя об этих странностях отношений между обществом и учеными, я вспомнил историю, рассказанную в середине 90-х гг. академиком В. Л. Гинзбургом. В то время расположенная рядом с Физическим институтом, где он работал, академическая столовая была передана в частные руки и на ее месте открылся ресторан. По условиям аренды сотрудники академии могли продолжать в нем обедать за полцены. И вот, обедая по многолетней привычке в этой столовой-ресторане, Гинзбург оказался за соседним столиком с группой сотрудников близлежащего банка: менеджером лет 25 и тремя совсем юными барышнями, очевидно его подчиненными. Менеджер, указывая на будущего нобелевского лауреата, назидательно сказал одной из своих спутниц: «Смотри, вон сидит академик, а получает меньше тебя». Что было чистой правдой. Барышня пожала плечами и ответила: «А кто его просил становиться академиком?»

Тогда я это воспринял как забавный случай вроде модных в то время анекдотов про новых русских, но сейчас мне кажется, что здесь отразилось важное явление — смена поколений с разным отношением к ценности науки и знания. Со всеми оговорками, которые можно сделать, в России и СССР характерное для всей Европы уважение к интеллекту и знанию, пусть и непонятному и бесполезному, сохранялось до начала последнего десятилетия XX в. Затем началась быстрая деинтеллектуализация, сопровождавшаяся утратой престижа и знания вообще, и его носителей — ученых и прочих умников. Молодой менеджер, выросший еще при «старом режиме», хотя и принявший уже новые правила игры, все же считал удивительным, что академик зарабатывает меньше, чем начинающая банковская служащая, только что окончившая школу. Несмотря на небольшую разницу в возрасте, эта служащая принадлежала уже к следующему поколению, для которого такая ситуация была вполне нормальной, а академики казались странными людьми, выбравшими бессмысленное занятие, не приносящее денег; ясно, что этим людям некого винить в своем теперешнем жалком положении.

Не надо думать, что такие взгляды были характерны только для необразованной части общества или были в нем маргинальны: опыт последнего времени убеждает в том, что они характеризуют довольно большой слой людей и даже могут считаться поколенческой характеристикой. Вспоминаю в связи с этим разговор второй половины 90-х гг. с одним юношей того же поколения, что упомянутая банковская служащая, но сыном научного сотрудника, вращавшимся во вполне интеллектуально-богемных кругах. Он довольно красноречиво доказывал, что занятия наукой скучны, а фундаментальная наука никому не нужна, что ученых нечего содержать за общественный счет, так что вполне справедливо, что они сидят на нищенской зарплате, а те, кто на это соглашается, ни на что более не способные дураки. Теперь это видный представитель«креативного класса», издающий журнал, специализирующийся на элитных спиртных напитках. Не знаю, сохранил ли он радикализм своих юношеских взглядов, но что проблемы РАН его совершенно не интересуют — это точно.

Сейчас, спустя почти 20 лет, это поколение с его отношением к интеллекту и науке выросло и определяет лицо страны, оно доминирует и во власти, и в оппозиции. Так что власть вполне может поступать с наукой и учеными как захочет: единственное ограничение для нее — это ее собственные экономические и политические интересы и собственные представления о здравом смысле, которые, впрочем, могут сильно отличаться от обычных, как в очередной раз показало внезапное закрытие Российской книжной палаты. Реакция общества в любом случае, похоже, так и будет вялой и равнодушной(закрытие Книжной палаты, кстати, прошло почти незамеченным): ведь это личное дело этих умников, никто их не просил становиться академиками.

Автор — член-корреспондент РАН, научный руководитель отдела сравнительного изучения древних цивилизаций Института всеобщей истории РАН, старший исследователь (directeur de recherches) Национального центра научных исследований Франции(Институт изучения древности и средневековья, Бордо)


 

46 комментарии

0 / 0
Что делать?

Статья сильная, заставляет задуматься. Перед глазами встает образ умных и честных жрецов науки  в башне из слоновой кости, которую поджигают мальчишки. Но почему общество отворачивается от науки? Может быть, мы сами не разъяснили молодым клеркам и бизнесменам, зачем им фундаментальная наука? Да и между собой нам о многом никак не договориться: как оценивать научные результаты, как за них платить...

Приближается очередное Общее собрание ОНР. Оно должно определить задачи и приоритеты Общества в наступившем году. Может быть, нужно "идти в народ", разъяснять в публичных лекциях важность науки для клерков? Или сначала добиться понимания этого от властей? А может быть надо найти общий язык сначала между собой, хотя бы по вопросу о том, как проводить экспертизу? Тогда и другие будут уважительнее относиться к ученым, видя в них экспертов, умеющих отличить истину от лжи. Еще есть время подумать.

Аналогичные вопросы будут стоять и перед мартовским Общим собранием РАН, даже если они не войдут в повестку дня.

0 / 0
В статье одна ошибка. Дело не

В статье одна ошибка. Дело не в покалениях, а в географии. Что чиновники с обитателями рублевки, что "прогрессивная общественность", мыслят не страной, а территорий внутри МКАД. Страна для них колония. А зачем в сырьевом придатке наука - только лишняя трата денег ? Похоже, что все реально работающие ученые для этой "прогрессивной общественности" такое же "быдло", как и рабочие с Уралвагонзавода. Вне зависимости от того, где эти ученые находятся - внутри МКАД или снаружи.

Может дело в этом ? Это самое простое объяснение того, чему посвещена статья, и что стало очень ясно в последние полгода. Момент истины.

0 / 0
К сожалению, дело не только в чиновниках

Как бы было всё хорошо и просто, если бы всё упиралось в молодых, московских ... (эпитеты можно множить и варьировать) чиновников. Увы, ругать науку, обвинять ее в любых, реальных и вмышленных, трудностях жизни стало нормой общественного сознания почти вне зависимости от возраста и географии, да и социальный портрет нашего потенциального ликвидатора может быть почти любым.

Видимо, надо признать, что информационную войну мы проиграли. Конечно, силы были не равны, но самое грустное, что мы её и не вели, пока еще было можно, что и сейчас не произошло осознание собственных социальных интересов  (это по-прежнему стыдно, что ли?), а даже на этом сайте, где вроде бы собрались те, кому не всё равно, разговор часто идет не с позиций солидарности исследователей против чиновника, а с позиции "как лучше помочь чиновнику выбрать кандидатов на ликвидацию". А раз мы сами готовы к такому повороту и спорим только о процедуре составления списков, то чего можно ждать от тех, кто вне сообщества.

Как мне кажется, нужна программа ненасильственного сопротивления инициативам сверху, но, увы, нужна она была лет 20 назад, а сейчас, скорее всего, поздно.

 

0 / 0
Все несколько сложнее

Чиновники, как Вы и сами пишете, здесь далеко не главное зло. Они всего лишь исполнители определенного социального заказа. А корень проблемы состоит в том, что мы  имеем больную науку внутри больного государства и общества, причем даже не в рамках отдельной страны, а в мировом масштабе. Просто у нас все проблемы острее.

0 / 0
Не могу с этим согласиться

Меня поразило, сколько грязи было вылито на науку в Новосибирском Академгородке за последний год. Теперь эта грязь постепенно начинает переливаться на новосибирские высшие учебные заведения.

Иванчик совершенно прав, это именно сложившаяся в последние годы в обществе система ценностей. Описанный в статье сын научного сотрудника - просто типичный пример, я подобные рассуждения слышал многократно, и всегда не от представителей "простого народа" - последний нередко нашу науку уважает даже больше, чем она того заслуживает. Хуже всего к науке относятся те, кто ей какое-то время занимался и потом ушел, причем они нередко считают бесполезными не только российских ученых, но и ученых вообще. И по своему опыту я могу уже определенно сказать, что "креативных" людей в чем-то убеждать бессмысленно.

Любая деятельность по пропаганде науки, в том числе российской, должна быть ориентирована не на кого попало, а на разумных и вменяемых людей, которых довольно много среди всех социальных слоев. Даже во власти есть разумные люди, хотя их там и немного. Нам для начало было бы полезно знать своих союзников. Я вполне допускаю, что таким человеком может быть тот же Котюков - вот в отношении назначения финансиста Иванчик все же несправедлив, глядя на наш МОН, я думаю, что иногда лучше не доверять руководство наукой ученым.

 

0 / 0
Да, в народ, но не только...

Есть еще один очень важный но к сожалению очень неприятный вопрос, который никто не хочет поднимать. Проблема в том, что не такая большая современная российская фундаментальная наука тянет за собой целую гору советских административных структур, мало того, что не эффективных, так и еще расчитанных на гораздо большее количество ученых. Очевидно, что структуру нужно чистить (если не сказать переделывать заново), а это в том числе приводит к такому страшному слову, как сокращения. Сокращения всего: административного персонала, научных (или квазинаучных) работнико и территорий.Если научное сообщество не может сделать элементарную уборку у себя в "доме", то что говорить о грамотном экспертном сообществе или чем-то еще.

Прогнозы, говорящие о том, что Путин и его приближенные хотят свести всю фундаментальную науку к прямому финансированию Ковальчука на данный момент сбываются (см. последние новости о ликвидации фундаментальных ФЦП). Это, разумеется, приведет к очередному валу стонов и жалоб со стороны ученых, которые, опять же разумеется, ни к чему не приведут. Путин не вечен и задача стоит не в том, чтобы выхлопотать какие-то привелегии стареющим академикам или наоборот студентам, а в том, чтобы созранить минимальную научную инфраструктуру и научные школы до того момента, как его правление рассыпется само сабой. Для этого нужно компактное, эффективное и презентабельное (с точки зрения обществ) научное сообщество, не завязанное на дряхлые академические структуры. Вопрос в том, готов ли кто-то стать точкой кристаллизации такого сообщества: проводить молодежные научные конференции, писать популярные статьи, и так далее?

0 / 0
Наш "единый метод хозяйства" и заключается в

Если "идти в народ", как художники-передвижники, то лучше, всё же, через "креативный класс". Ниже цитата из 1923 года, о том что в идеале нужно выстраивать цепочку: наука -> практика и в умах, и на производстве.

Наш "единый метод хозяйства" и заключается в том, что ни один из рабочих отныне не приступает к своей работе без
полного представления обо всех звеньях производства. Он выделывает головку
гвоздя, зная не только о добыче минерала, но и о его химическом составе,
его спектре, - это с одной стороны, с другой - он знает о роли своего
гвоздика в каждой из фабричных вещей, начиная с мебели и кончая винтиком
микроскопа. Иными словами, мой друг, мы рассадили наше производство по
системе оркестра. От барабанщика и до скрипки - каждый выполняет свою
партитуру в общей симфонии, но каждый слышит именно эту общую симфонию,
а не только свою партитуру. Поняли?»
Мариэтта Шагинян. Месс-Менд, или Янки в Петрограде. -М: Детгиз, 1956.
http://lib.ru/SHAGINQN/messmend.txt
0 / 0
Журналисты

Я последние несколько лет практически постоянно общаюсь с журналистами в самых разных ситуациях. Да и сами журналисты из совершенно разных мест. Весь опыт - положительный.

0 / 0
Что делать? Идти сначала к зеркалу, потом - в "народ".

Что делать? Идти сначала к зеркалу, потом - в "народ". Ведь народ все помнит, он был не пьяный (по ВСВ)

Иванчик забыл (???), но мы-то помним роль Академии в развале СССР - академика Сахарова и остальных

Манкурт какой-то беспамятный этот  Иванчик :-) 

Ну что он пишет : 

"Разумеется, ученые могут и должны участвовать в политической деятельности в соответствии со своими убеждениями (вовсе не обязательно оппозиционными), но делать это на том же уровне, что обычные граждане (ходить на демонстрации, голосовать и проч.), — они это и делают. Но они не могут и не должны становиться лидерами и спикерами протеста (или, наоборот, охранительного направления) — как должны политические журналисты." 

Но мы-то помним академика Сахарова. Мы помним академика Заславскую, которая призывала Россию в составе СССР сбросить с себя гири расходов на Среднюю Азию, не посчитав, во что обойдется обустройство новых границ. . Мы помним академика Афанасьева, который на митингах в Таллине представлял присоединение Прибалтики к СССР нелегитимным, не посчитав , во что обойдется вывод войск и размещение их на новых местах, оплата услуг ставших чужими портов и строительство своих новых. Мы помним, как академик Алферов "выписал себе" премию, оргкомитет которой возглавлял. Кое-кто помнит, что комиссия РАН , руководимая академиком Тартаковским так и не сумела определить механизмов реакций, которыми  Петрик вспучивает свой углерод, ответив, что "это не наука, а изобретательство"  Наконец, вся страна видела как Президент РАН Осипов сначала убрал конкурентов, сократив возраст занятия руководящих постов, а потом увеличил этот возраст, когда состарился. 

И после этого обижаться на общество? Да, плохой попался Иванчику народец....где-то я уже это слышал.

0 / 0
Развал СССР к делу не относится

Простите, но про развал СССР - брюзжание на грани бреда. Особенно про Афанасьева: легитимность действия не зависит от того, сколько оно стоит. А с остальным не поспоришь. Кстати, на митинге 16.07.2013 во дворе здания СПбНЦ РАН я, выступая. так и сказал: главный виновник нынешнего кризиса РАН - Ю.С.Осипов, который должен был снять свою кандидатуру не на этих выборах, а на прошлых, 5 лет назад. Тем не менее, к статье А.Иванчика все это не относится

0 / 0
Просто поражен-если Вам не понятно, то что про Иванчика говорить

Александр Львович! При чем тут брюзжание? Я просто не стал разжевывать  совсем подробно - но придется, видимо. Люди вашего возраста - на нищенской пенсии и вспомниают пенсию при СССР, которая была на уровне половины их зарплаты, а то и выше. Мое поколение, помладше,  сравнивает, и видит, что в условиях планового хозяйства СССР было гораздо проще реализовать свои технические идеи в обмен если не на большие деньги, то на уважение и статус, и на приличные по тем временам деньги в конце-концов тоже.. Это почему не поддержала РАН эта часть общества.

Более молодые - бизнесмены, средние и крупные - прекрасно знают, например,  как обосралась - извините за прямоту - РАН перед М.Прохоровым по водородной энергетике , и имеют к ней нулевое уважение. Для гуманитариев достаточно истории с Алферовым и Осиповым. А таких фигур, о которых говорили в школе : Курчатов, Королев, Басов-Прохоров, Вавиловы и т.д. - не просматривается, по крайней мере пока этого не видно, не на слуху.

Вот и все - у каждого возрастного и социального среза есть свое основание не поддерживать РАН, лицом которой являются академики. А в нюансах отличий академиков от ученых институтов РАН никто не обязан  заморачиваться - это внутри-РАНский вопрос.. 

А Вы все обидеть норовите: брюзжание, на грани бреда...в народ надо ходить чаще cheeky

0 / 0
"Креативный класс" должен

"Креативный класс" должен разбираться в ньюансах между академиками и системой институтов РАН с сотрудниками.. Он же себе присвоил статус "совесть нации", наверное и на мозги "нации претендует".  Или ты хочешь сказать, что у Быкова с Акуниным совесть есть, а с мозгами плохо ? Тогда почему это "креативный класс"  ? Ну назвались бы "одухотворенным". Духовность мозгов не требует.

0 / 0
Мой ответ - про 2 претензии - он ниже.

Мой ответ -  про 2 претензии - он ниже.

Про "креативный класс", раз уж ты завел. Не всех но, но многих я считаю недоучками-недоумками, не понявшими еще  в школе, что "если стреляешь в прошлое из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки" 

Их совести хватает на то, чтобы сначала искренне рассказывать об ужасах застоя при Брежневе, а потом тихо и спокойно работать представителем режима - послом во Франции -  в момент не застоя, а развала и уничтожения отрасли, которой отдал свою жизнь.. Это я про академика Рыжова, академического Познера, уважаемого человека, тсзть. 

 

А уж про всяких Быковых,/Акуниных/Ерофеевых / Маринн Максимовских с командой РЕН-ТВ ,  - какой смыл говорить? Собчачка из них м.б. самая приличная баба.cheeky  То, что Иванчик на них обиделся, и говориит о том, что он сам не вполне адекват в российской реальности. Ведь на обиженных богом не обижаются.cheeky

0 / 0
надо опять смотреть в корень

Академия наук - не та организация, где обязательно единое мнение по всем общественным вопросам. Поэтому совершенно естественно, что разные представители академии в ключевые исторические моменты придерживались полностью противоположных позиций. Например, наш В.А.Коптюг был в жесткой оппозиции к Ельцину с самого начала. Если его голос и не был слышен, то только потому, что предпочитали слушать других. Сейчас та же самая ситуация - некоторые член-корреспонденты РАН и даже академики активно участвуют в ликвидации академической системы, причем по разным соображениям, в том числе и принципиальным. И это совершенно естественное явление.

А суть вопроса состоит в том, что существующая в России система организации науки сложилась именно в советское время, была глубоко встроена в советскую систему, хотя и обладала в рамках этой системы определенной автономией, опять же весьма функциональной для советского общества, и отношение к РАН как принципиальных сторонников, так и принципиальных противников напрямую связано с их оценкой прошлого. 

 

0 / 0
Золотые слова!

Не про корень - это трюизм , а про то, что в корнеsmiley  : " ...и отношение к РАН как принципиальных сторонников, так и принципиальных противников напрямую связано с их оценкой прошлого" . Казалось бы, отношение к чему угодно связано со знанием о прошлом  этого чего угодно - тоже трюизм - однако с РАН и АН СССР особый случай. Фишка в том, что социализм в СССР - это первая общественная  формация в истории, которая строилась на основе научного знания и вне учений религиозного толка. Поэтому наука в СССР   в большой степени занимала место и религии, и идеологии - хотя и не  не власти, про КПСС не забываем. А потому в глазах "простых людей" именно ученые виноваты в том, что не смогли объяснить членам Политбюро ЦК КПСС , куда и как надо идти. Кто там сейчас помнит Шмелева, Аганбегяна, Карякину? Да почти никто .  Почти иак же забыли про Афанасьева и Яковлева.  Так, осталось в подсознаке. А вот Сахарова помнят все. И с Сахаровым связывают крах СССР - ведь не даром его именем назвали площадь перед Белым домом в Вашингтоне. То есть для массового сознания корень - точнее,  один из основных корней - тут, в Академии. Еще один корень в КПСС и ее "прогрессивных членах" - Горбачев, Гайдар, Чубайс, Собчак и т.д. Про наследников АН СССР в лице Ю.С,Осипова сказано уже достаточно ранее.

Так что равнодушие общества к судьбе РАН - это нормальная, закономерная реакция общества. А вот проведение равенства Иванчиком между РАН и всей российской наукой  - вот это уже самовлюбленность и высокомерие.smiley

0 / 0
Оригинальный взгляд на вещи.

Оригинальный взгляд на вещи. "Прогрессивная общественность" и московский "креативный класс" ( ну там Латынины всякие и Ксюши ) не могут простить РАН развала СССР. Я что-то пропустил в эволюции политических взглядов упомянутых дам ?

Саша, ты статью то Иванчика читал ? Там "общественность" - вполне определенные круги внутри МКАД.

 

0 / 0
Там есть 2 претензии - к общественности и к "общественности"

Так вот я про общественность, а ты про "общественность" cheeky

Читал я статью внимательно, и подтвержу это цитатами .

1.. Про общественность.: " При этом выяснилось неожиданное для академического сообщества обстоятельство — наука и ее судьба в России практически никого за пределами этого сообщества не интересуют. Борьба за академию происходила при полном равнодушии общества." 

Тут он, правда сводит всю науку к РАН - ну да ладно, простим ему.

2. Про "общественность" : " Более того, реакция оппозиционно настроенной творческой интеллигенции и журналистов, которых сопротивлявшиеся власти ученые наивно считали своими естественными союзниками, часто была (если вообще была) враждебно-злорадной. Будем называть эту группу для удобства «прогрессивной общественностью», тех же людей нередко именуют«креативным классом», хотя в его состав ученых, несмотря на их очевидную креативность, кажется, не включают."

Так вот  "общественность" меня интересует не очень, и с ее "внутриМКАДной" оценкой я в целом согласен.- минимум, как "подмосквич"  :-)  - хотя справедливости ради надо отметить, что "Эхо Москвы", например, много сделало для РАН, а уж "общестеннее" оно дальше некуда.

А вот  безразличие общества в целом - горькая правда, и об этом я и пишу.И еще - следует учитывать, что Иванчик много времени проводит/проводил  в Европах - это немного искажает адекватное восприятие россиийской реальности.

 

 


 

0 / 0
Это ключевая проблема

Очень важная тема, ключевая.

Здесь получается замкнутый круг: хорошая наука может быть только в обществе, которое понимает важность науки и, следовательно, поддерживает ее. Но, имея слабую науку, трудно объяснять государству и обществу важность науки.

Что делать - довольно очевидно. Надо четко сформулировать и максимально громко и часто объяснять в СМИ важность науки. Кстати, продвигать бренд ОНР - неплохая ПР-стратегия в рамках данной задачи.

К сожалению, хотя направление действия понятно, вероятность успеха мне видится близкой к нулю.Мы слишком глубоко завязли. Одно из главных препятствий - авторитарная культура управления. Проще говоря, науки не будет, потому что  ученым никогда при этой власти/культуре не дадут условий благоприятных для развития. Причем не из жадности и не по злобе. А просто потому,что у чиновников есть свое представление о том,  какой должна быть наука, а слушать мнение ученых они не станут никогда, потому что считают их ниже себя в иерархии.

Но может быть, если мы, ученые, хоть сколько нибудь умнее среднего - может, мы сможем придумать какой-нибудь хитрый ход, как победить многократно превосходящего силой противника?

0 / 0
необходимость самоидентификации

Приветствую эту постановку обеими руками. 

Для этого, как минимум надо осознать свои групповые-классовые, как хотите назовите, интересы и внятно сформулировать, почему отстаивание этих интересов выгодно если не обществу в целом - так не бывает, то, по крайней мере, значительной его части. 

Я бы начала с того, что помимо понятных материальных выгод от достижений прогресса, существование науки как влиятельной силы необходимо для того, чтобы не было репрессий за инакомыслие, была веротерпимость и хотя бы остатки светского и секулярного государства сохранились.

 

 

 

 

 

 

0 / 0
Благородные замыслы

В.В Кушниров: Хотя направление действия понятно, вероятность успеха мне видится близкой к нулю.

А.Н.Островский («Таланты и поклонники»): Да что вы называете благородными замыслами? - А такие замыслы, в которых очень много благородства и очень мало шансов на успех.

У всех у нас одни и те же благородные помыслы, только углы зрения разные. Это нормально, ненормальна ярость спорщиков.

В народе уважение к науке и учёным было и остаётся велико. Я имею в виду просто нормальных людей, которые, как и учёные, не могут тратить много времени на общественные дела, а живут своей профессиональной и личной жизнью. Равнодушное общество – это творческая интеллигенция в коридорах власти и СМИ. Поднялась же рука у председателя думского комитета по культуре Говорухина проголосовать за абсурдный закон (несмотря на это, я его люблю и уважаю). В СМИ есть журналисты, которые дали немало статей, репортажей и интервью в поддержку учёных – это наша Дёмина, Любовь Стрельникова (РИА Новости), Наталья Дятловская (Новые Известия), Мария Самгина (Сити ФМ). Не сомневаюсь, что-то было услышано теми, кто может и хочет слышать. То, что нет сильной реакции, естественно: нам подобные словоохотливостью не отличаются.

Сахаров, вероятно, был неправ (и вместе с ним большинство из нас), требуя отмены 6-й статьи Конституции, но вряд ли кто-то в связи с этим винит академию в развале СССР. Зачем вспоминать и обсуждать поступки, или проступки, зачастую спорные, отдельных людей, даже и с академическими званиями, если речь теперь идёт о яростном наступлении на учёных – не только академических. Объявлено, например, что члены диссертационных советов должны выдавать по 3 статьи ежегодно и выпускать одного аспиранта раз в три года. И это при аспирантской-то стипендии в 6600 руб.! Если бы ко мне кто-то в аспиранты попросился, я бы сказал: Вам не ко мне, а к психиатру!! А три статьи в год я никогда не выдавал, прошлогоднюю 2 года писал. Так что мне в совете на химфаке МГУ больше не состоять, и больше не смогу уже проголосовать, как в прошлом декабре, за докторскую, в которой по отзыву челюстного хирурга такие материалы разработаны, что теперь много новых операций можно делать.

А вот ещё из «Талантов»:

– Публику винить нельзя, публика никогда виновата не бывает; это тоже общественное мнение, а на него жаловаться смешно.

– У всех у вас и много лишнего, и многого не хватает. У комиков много лишнего комизма, а у <трагиков> трагизма; а не хватает у вас грации... грации, меры. А мера-то и есть искусство.

– <Трагик> благороден только в пьяном виде.

– Гардеробу не имеет хорошего, а талант большой-с.

– <Учёным нельзя доверять просвещение актрис!> Знали бы свое дело, резали бы собак да лягушек; а то вздумали актрис просвещать. Ученая пропаганда между актрисами – дело опасное; против нее надо принять неотложные меры.

0 / 0
Душой отдохнул, но...

Эмиль Самуилович,

Спасибо за художественное оформление идеи, приятно дискутировать  в таком стиле.

Но все же, я так понимаю, Вы не даете рецепта, можем ли мы что-либо сделать, чтобы повысить авторитет науки во всех слоях общества.

По частным вопросам.

Отношение народа к науке неоднородно, как и сам народ. Кто-то уважает, кто-то нет, кому-то все равно. Мне кажется, что первые, увы, в меньшинстве. И это неудивительно: за что уважать, если выход мал, если научные новости в основном из-за бугра приходят? А то, что у нашей науки подрезаны крылья, это почти никто в народе не замечает.

Публику, в том числе и "творческую интеллигенцию",  винить можно, она заслуживает. Только смысла мало - она такая, как есть, и меняется трудно.

Говорухина люблю как актера и не люблю, как гражданина. Считаю, что можно и нужно разделять эти ипостаси, и подобных персонажей немало.

0 / 0
Ненужная экспертиза

Виталий Владимирович!

То, что наука в загоне, не наша вина: цыган кобылу приучал меньше есть, а она сдохла. Мы делаем всё, что можем, нам не в чем себя упрекнуть. Мы работаем профессионально и в полную силу, невзирая на мизерные зарплаты; есть популяризаторы с талантом, например, В.Г.Сурдин в астрономии; кто-то ходит на митинги и даёт интервью журналистам (я среди них); кто-то пишет статьи. Сегодня, например, я прочёл замечательную статью П.Ю. Чеботарёва в ТрВ про экспертизу, там много интересного. Например, памятуя об обманных обещаниях г-на Президента, Фортов просил письменно зафиксировать обещанный годовой мораторий, но не допросился. А зачем он просил? Разве г-н П. не нарушал своих письменных обещаний ранее? Вспомним хотя бы 60-тидневный срок обсуждения законопроектов.

Я давно полагал, что экспертиза научной деятельности академии, институтов, лабораторий и отдельных учёных не только не нужна, но даже и вредна, хотя не мог ясно сформулировать, а теперь как-то всё прояснилось.

Бессмысленность экспертной оценки научной деятельности видна на примере определения экспертизы Н. Беляевой (ВШЭ), которое пропагандирует Чеботарёв. Это вовсе и не экспертиза даже, а контроль качества продукции, осуществляемый на любом производстве отделом технического контроля. К науке это неприменимо. Павел Юрьевич полагает, что учёные сами должны разработать надлежащий проект, иначе они же и будут виноваты... да они и так, с проектом или без, будут виноваты: «У сильного всегда бессильный виноват».

При нормальной организации всё происходит само собой, естественным путём. Человек получает базовое образование в нормальном вузе, поступает на работу в нормальное научное учреждение и всю жизнь занимается научной работой. На каждом этапе он преодолевает конкурсный барьер, и никаких экспертиз не требуется. Определение «нормальных» вузов и институтов также очевидно и не требует экспертиз: нормальные не создаются одномоментно, по чьей-то прихоти, а возникают как результат развития. Бессмысленно «экспертировать» Институт химфизики и с десяток отпочковавшихся от него институтов – так много возникло новых направлений и новых задач, что им тесно стало.

У нас организация ненормальная, Андрей Геннадьевич Быструшкин её красочно описал. Она и раньше была ненормальная, но теперь пришёл каюк. Пришли погромщики, и не спасут от них никакие экспертные методы, ибо умеют «делу дать хотя б законный вид и толк». Годовой мораторий – это очередная наглая ложь г-на П., он будет нарушен, как только приготовят инструментарий. А мы должны попрежнему сопротивляться.

0 / 0
Спасибо! Просто вслед, без претензий на конструктив

Лимерики, почти стругацкие

                       .... Когда торжествует серость,
                       .....К власти всегда приходят черные
                             (братья Стругацкие, "Трудно быть богом")

В двух шагах от сумы и тюрьмы
В девяностые выжили мы,
Нам легко и не больно –
Основной и  контрольный,
И дымы, и огни, и псалмы…

Там, где были ФИАН и МИАН,
Совершают намаз в рамадан,
А на место Физтеха
в том году переехал,
Православный приют «Аз воздам».

Всем народом на вешней заре,
Эм-эн-эса сожгли на костре,
Что глядите печально?
Жгли пока виртуально,
Он же, гад, отрицал сотворе…

Тени бывших над бывшей страной,
Я последний, больной и смурной.
Что оборваны нити,
никого не вините –
Нет вины в не идущих за мной.

Я один на вину и страну.
Не успею, долгов не верну.
До копейки, до нитки…
Постою у  калитки,
И к ушедшим неслышно шагну.

0 / 0
Идея науки+Открытость+Конкуренция

 Виталий Владимирович!  Как выйти из "замкнутого круга"?

Вот идею Науки как Национальную и Национальный девиз "Свобода-Знание-Справедливость-Закон" поддержали только Вы из 2000 просмотревших тему. Если сами члены научного сообщества не уверены в Большой идее для страны и Науки, то как обществу и государству объяснить, что Россия может и должна быть первой по уровню финансирования науки в мире (в  % от ВВП)?

Хорошо, пусть не поддержали данную идею, но почему никто не предлагает свою, иную? Для России нужна идея интеллектуального прорыва, а Науке нужна открытость обществу и максимальная, осознанная поддержка конкуренции идей. С организацией науки и поддержки конкуренции идей не блестяще обстоят дела и в мировой фундаментальной науке, что хорошо показал Ли Смолин в его "Неприятности  физикой...".  А мир-то вступает в новую, информационную эру.  Поэтому нужны нетривиальные подходы к рерганизации всей системы науки, а для этого у научного сообщества должна быть центральная идея, осознанная и поддержанная большинством сообщества.

0 / 0
а может быть в том что случилось есть и вина академии?

Да академия на встала на защиту Pussy Riot в т.ч. потому что это не входит в кург ее общественных и профессиональных функций. Однако, не защищая преподавателей, устранившись от иных ведомств, от приклданых исследований, от популяризации науки и т.д. академия лишилась права считаться системообразующей структурой. Дореформенная академия это просто кучка лоббистов отстаивающи интересы своих институтов и академии. Иногда такой оббизм приносил пользу а иногда ущерб обществу в целом.

После реформы мало что изменилось наиболее активные в политическом плане РАНовцы думают о защите себя любимых и готовы пожертовать учеными в ВУЗах и т.д. РАНовцы по пренему самая доминирующая часть научного сообщества, однако свои лоббистскии возможности РАН использует ради получения дополнительных выгод для себя любимых. Такая позиция наносит огромный вред научному сообществу в целом.  Ученые не могут выступить единым фронтом и отстаивать свои права потому что есть политическая гегемония РАНовев, которые предлагают отстаивать только права РАНовских ученых. 

Прежде всего стоило бы научится уважать друг друга вне зависимости от ведомственной принадлежности и тематической направленности работы. Я понимаю что страшно за собственную шкурку. Если поставить себя на место чиновника , то мне непонятно с чего бы сохранять РАН в которой толпа ученых предлагает сократить всех кроме них руководствуясь исключительно теми формальными критериями, которые наиболее благоприятны в РАНовских структурах?

0 / 0
А вот у меня свежая

А вот у меня свежая информация, можно протестировать, как члены ОНР, являющиеся сотрудниками РАН, к ней отнесутся:)).

На моей кафедре была (и пока вроде есть) исследовательская тема, поддерживаемая МОН. Неделю назад мы отчитались (в авральном порядке, все написали, собрали ссылки на публикации и т.д., буквально за выходные:))). ОК, сегодня получаю письмо от руководителя темы (он работает на моей кафедре), что вышло (вероятно вчера) новое положение и по нему наша тема автоматически считается закрытой. Срочно надо сочинять новую! Привожу выдержку из его письма :

< Еще одно нововведен­ие: каждый год надо планироват­ь и публиковат­ь хотя бы

одну статью в журнале из базы данных Web of Science или Scopus.

 От участников требуется:

    1. Обозначить объект исследования и привести  ожидаемые результаты по годам 2014 и 2015 с указанием числа и вида публикаций (монография,статья, тезисы и др.) также  по годам; для статей просьба учесть 2-е нововведение и выделить ВАКовские журналы,.

 2. Выслать несколько начальных страниц  статей или сами статьи (желательно в pdf формате), опубликованные  в 2011-2013 гг. 

 Все это надо, как всегда срочно, на все про все максимум 2-3 дня. >

Я более чем уверен, что это уже разослали по всем вузам. Но вузы не РАН, у нас каждый за себя, один Бог за всех.

 

0 / 0
Судьба науки...

Я хочу согласиться с замечанием Бетерова И.И. - равнодушие общества есть показатель того, что оно сильно больно... Как Вы думаете, в больнице онкологические больные будут обсуждать или поддерживать офтальмологических больных? Скорее всего, каждый готов поговорить о своей болячке, но не готов обсуждать чужую.. Все наше общество в настоящее время  состоит из таких больных - учителя, врачи, ученые, индивидуальные предприниматели, - у всех проблемы, всем государство перекрывает кислород. Но каждый выживает в одиночку :). Честно говоря, у меня нет предложений по исправлению ситуации, хотя её ненормальность бросается в глаза!

0 / 0
Почему так?

У меня есть короткое объяснение - разочарование.

Общество разочаровано во "всеобщем высшем образовании" - спокойно взирает на удары чиновников по образованию.

Общество разочаровано в школьном образовании, где нищие усталые училки натаскивают дебилов на ЕГЭ, а директора вечно собирают "на шторы" раз в 3 месяца и всё равно приходится нанимать репетиторов или поступать на платное. Равнодушно смотрят как добивают школу - такая всё равно одно разочарование.

Общество разочаровано в государственной системе здравоохранения - хоть совсем позакрывать эти нищие больницы, куда попасть страшнее, чем в хоспис и поликлиники забитые очередями к талончикам.

Общество разочаровано в пенсионной системе. Забрали накопительную часть - никто и не шелохнётся, каждый твёрдо уверен, что уж он-то до пенсии точно не доживёт, а если доживёт, то работать придётся всё равно до смерти.

Общество разочаровано в армии. Сердюков с гаремом уж на что на святое покусились, а ничего - в такую армию и сами не пойдут и хоть её совсем отменят - наплевать, не велика потеря.

Общество разочаровано в промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, правоохранении...

Общество разочаровано в стране целиком! Настроение "всёпропало", "поравалитьизрашки" и "всё равно страны фактически уже нет, ну ещё и науки не станет, эка невидаль, однова погибель всем".

Государство, общественный строй в России фактически ни на что не опирается, как перед революцией, никто не готов его защищать - все разочарованы от бизнесменов до бюджетников и от чиновников до ментов. Фактически стена-то гнилая, если придёт кому-то в голову ткнуть пальцем этот сырьевой придаток - провалится.

Единственная возможность предотвратить распад России, гражданскую войну, иностранную интервенцию - преодолеть разочарование.

В обществе огромный запрос - дайте нам надежду! Дайте место для шага вперёд! Мы устали считать Россию конченой умирающей страной, где добивают последние остатки советских запасов!

Если найдётся в России такая сила, которая будет способна дать эту надежду, это место для шага вперёд, это развитие вместо воровства, эти Минины и Пожарские - спасена будет Россия! Где эта сила? Без решения этого главного политического вопроса, все остальные частные вопросы - деление мест в шлюпках Титаника и не более.

По крайней мере не в РАН и не в науке, которые заняты доеданием советских запасов вслед за промышленностью, сельским хозяйством, здравоохранением и т.п.

0 / 0
Очень верное замечание

Добавлю, что в наших интересах создать в обществе интерес не к РАН (в которой разочаровано не только общество), а к самой науке и к ученым. Мне кажется, что эта если не проста, то по крайней мере не безнадежны. Но для этого, нужно заниматься не демонстрациями и бесконечным обсуждением бумажек, а какой-то организационно-публичной деятельностью (минуя "большой" телевизор, министерство, и Ковальчука). Материальных ресурсов на это нужно не так уж много, но силы и организаторский талант требуются.

 

0 / 0
О науке, не о руководстве РАН
Илья Игоревич Бетеров говорит о положительном опыте общения с журналистами, видимо, не с теми кого Т.е., профессионалами, что раскрывают тему и собеседника, а не себя любимых, как великих гуру и мыслителей современности.
 Журналисты, писатели, вузовские и школьные преподаватели, те, кто лучше других понимает значение научных знаний и профессионально занимаются просветительством. Но раскрывать смысл научных изысканий по конкретному направлению могут только учёные, профильные специалисты.
 Писать статьи нужно не только узкопрофильные высоконаучные, но обзорные и научно-популярные, для интернет изданий.
 Например, показать научную составляющую сегодняшней, в том числе и бытовой техники: мобильной связи, компьютерных и космических технологий. Или показать последствия фундаментальных исследований нашего современника Ж. Алфёрова - основы для создания полупроводниковых лазеров, без которых не мыслима современная электроника и средства связи.
 Но главное - выстраивать цепочки от теоретических разработок, к возможному практическому применению, должны сами учёные, инженеры и коммерсанты-маркетологи.
 В любой сфере, даже в сфере культуры, охраны природы, истории-археологии эти цепочки (точнее пирамиды) существуют - туризм, например, коммерческая составляющая очевидна, культурная тоже. И отличный повод говорить о патриотизме, что также может быть понятно даже чиновникам и депутатам.

 

0 / 0
Вот-вот.

выстраивать цепочки от теоретических разработок, к возможному практическому применению, должны сами учёные, инженеры и коммерсанты-маркетологи.

И если инженеров и научно и инженерно-ориентированных "маркетологов" нет, то наука в экономику будет давать только опосредованный вклад, как культурнаяи образовательная составляющая. А их нет. Сами же ученые, вообще-то, не должны заниматься и инженерными и торговыми задачами, не их это дело.

0 / 0
Если критерий истины -

Если критерий истины - практика, то не учёные ли должны заботится об этом критерии? Учёные очень разные (как и депутаты с чиновниками), среди учёных есть и те, кому коммерческая жилка не чужда, примеров хватает. А уж деление (а то и разделение) учёных на теоретиков и практиков, "полевиков" и "камеральщиков" и т.д., и т.п., ещё более очевидно.

 На памятной сентябрьской конференции РАН, неоднократно звучало "с высокой трибуны", что мол не юристы мы, не практики ("не кочегары, мы не плотники, но сожалений горьких нет") не знаем как грамотно обосновать абсурность ликвидации Академии. "И с высоты [своего положения] вам шлём привет". Как-то покоробили такие признания - неужели так всё плохо с практикой?

0 / 0
Нет.

В науке критерий истины не практика, а эксперимент. Вроде бы схожие понятия, а все-таки разные.

Ученые должны заниматься своим делом,- наукой, часть из них (не очень большая часть на самом деле) вполне может "перетекать" в течение жизни в инженеры и менеджеры. И дело государства позаботиться о создании всей "цепочки", чтобы научные результаты переходили в инженерные решения, а затем коммерциализовывались. Дело государства позаботиться о том, чтобы те люди, которые способны начиная от научного результата перейти к инженерному решению, а затем его коммерциализовать, смогли это сделать без проблем, чтобы таких людей "подхватывали" менеджеры и доводили дело до логического конца, то есть до практического экономического результата (до "практики" в Вашем определении). Ничего этого пока нет.

Не нужно навешивать на ученых "несвойственные им функции" по получению практических результатов и их коммерциализации.

0 / 0
"Не надо к прокурору. Сам не хочу."

Освобождение от «несвойственных им функций» по управлению имуществом. Это уже озвучили при ликвидации академий. "Теперь из этого дома у меня два пути: или я её веду в ЗА ГС или она ведёт меня к прокурору. Не надо к прокурору. Сам не хочу." Хорошо, когда кадры и организация позволяет эту рутину перекладывать на плечи "специально обученных людей". В частности, ФЦП МОН требует(!) указывать потенциал коммерциализации, проводить маркетинговые исследования, давать рекомендации по использованию поисковой НИР в реальном секторе экономики. Не научная составляющая, но хотя бы в курсе быть надо, хоть здесь это и бюрократическая (многобумажная) формальность. Известные мне мне грантовые требования тоже содержат вопросы: как использовать и что дальше. Здесь тоже есть зерно практического применения и оценки содержательности проводимой работы. Согласен - научный эксперимент не тождественен общественной практики, но предшествует ей, в конечном итоге. Так экспериментальные модели становятся серийными в ходе испытаний и так далее. Разные уровни эксперимента.

0 / 0
Требовать можно

В частности, ФЦП МОН требует(!) указывать потенциал коммерциализации, проводить маркетинговые исследования, давать рекомендации по использованию поисковой НИР в реальном секторе экономики.

Требовать можно что угодно, только если проект является фундаментальным, а не прикладным исследованием, то такое требование не может быть выполнено в принципе. В результате и получается то, что Вы называете "бюрократическая (многобумажная) формальность".

В мире давно придумали разделение труда, что повысило эффективность этого труда, поэтому, еще раз,  "внедрежом" должны не ученые (за редким исклчением) заниматься, а люди, занимающие промежуточное положение между учеными (фундаментальными) и инженерами. А всю цепочку должны организовывать менеджеры различного уровня. Вот последнего (грамотных менеджеров) у нас и нет, отсюда желание заставить ученых выполнять менеджерские функции за ту же зарплату.

0 / 0
С таким высокомерием результата не добиться

Вчитайтесь в кульминацию Вашего текста : " ... И отличный повод говорить о патриотизме, что также может быть понятно даже чиновникам и депутатам." А с чего Вы взяли, что чиновники и депутаты глупее Вас? Если такая риторика проскакивает здесь, то она может проскочить и в другом месте, Лучший способ вбивания клина между властью и учеными.

Формулировка "говорить" тоже кривая - взята у бюрократов и адвокатов : не воспитываем патриотизм, порядоченость, честность, а "говорим" о них. Типа "мы не обвиняем кого-либо  в воровстве в ведомстве Сердюкова  - это только суд решает - мы говорим о заимствовании материальных ценностей и их  использовании, законность которых следует проверить" Ути-пути-тюти !!! 

0 / 0
Проблема сформулирована верно, но где конструктив?

Андрей Геннадьевич, обеими руками - "за". Вы четко и эмоционально (а как по другому?) сформулировали проблему. Однако, вопрос "Если найдётся в России такая сила?" требует поиска ответов. И кому как не ученым пристало бы искать эти ответы. А вместо этого мы обсуждаем-обсуждаем-обсуждаем какие-то частные вопросы и занимаемся "дележкой мест в шлюпках Титаника".

0 / 0
Мечталось бы, чтобы сами ученые , из своей среды...

Мечталось бы, чтобы сами ученые , из своей среды выдвинули общественных деятелей, способных повлиять на жизнь в стране. Но что-то я не нахожу в истории примеров, чтобы ученый возглавил порыв нации. Вот поэты и писатели - пожалуйста - Шандор Петефи, Вацлав Гавел, художник Гитлер, актер Рейган, военные и разведчики де Голль, Ататюрк, Буш, Андропов , Путирн ...но ученых не припоминаю. Если только не антигерои - Сахаров в России ,  Шушкевич в Белоруссии., Акаев в Киргизии.

 

ОДна надежда, что у следующего русского царая будет свой придворный Сперанский или Гете.

0 / 0
Как правильно заметил

Как правильно заметил Григорий Колюцкий, какие бы проблемы науки в России мы ни обсуждали, все проблемы упираются в одну-единственную проблему. Проблему политической власти в стране. Пока в стране у власти компрадорская буржуазия вывозящая ресурсы на мировой рынок - в стране власть нуждается только в трубе и ни в чём другом. Самое главное - не нуждается в населении России со всеми учёными вместе взятыми. Строить концлагеря с газовыми камерами им всё же как-то не комильфо, Путин не Пол Пот же, поэтому просто бросают лишнее население на произвол судьбы, сбрасывают с государства все его функции и обязательства, кроме трубы, всё остальное - имитация. Имитация промышленности, имитация образования, имитация науки, имитация здравоохранения, имитация армии, имитация парламента, судов, дорог, продуктов питания, имитация всего остального. Остановить такой ход событий разговорами невозможно, таковы классовые интересы сырьевой буржуазии. А, как известно из трудов ТК, "главный вопрос революции - вопрос о власти, пока он не решён, другие вопросы решить невозможно". Пока Титаником правит продажная буржуазия и их безропотные наймиты - корабль обречён на "оптимизацию количества шлюпок" для увеличения прогулочной палубы для высшего класса, на "интенсификацию полного хода" в ущерб безопасности с международно-рекламными целями, на нехватку биноклей для вперёдсмотрящих и перепутанные белые сигнальные ракеты вместо красных аварийных это уже не со зла, а просто потому что при имитации всего не относящегося к продаже сырья или билетов, к сути собственно дела возникает полнейшее пренебрежение. Титаник обречён. Россия начала 20 века была обречена на революцию. СССР в том виде, до которого его довёл Горбачёв в 1991, был обречён к развалу по тому или иному сценарию. Россия нынешняя обречена на очередную революцию и гражданскую войну. Ответ на поставленный вопрос естественный, хоть и печальный. Когда нынешний режим в России рухнет под тяжестью революционной ситуации, должна быть готова политическая структура готовая жёстко остановить распад страны и консолидировать власть в своих руках, наподобие большевиков, готовая победить в гражданской войне и отбить попытки интервенции со стороны НАТО и Китая. Это наиболее реальный сценарий. А хотелось бы конечно без крови, типа "учёные создают свою партию, приходят к власти и наводят в стране порядок исходя из национальных интересов большинства народа" но это маловероятно, к сожалению. А пока вопрос о смене власти в России не решён - мы не можем решать проблемы, мы не хозяева на Титанике, даже не матросы, мы пассажиры.

0 / 0
про титаник

Если от этого образа отталкиваться, то музыканты.

Мне кажется, что попытка идти не своим путем приводит только к предательству... ну или к бессмысленной жертве. В политике люди из науки были, и всегда до крайности неудачно. Вряд ли это случайность. Слишком разный отбор по качествам в этих двух сферах. Поэтому и поиск своего места должен быть другим. Мне кажется, что страна вообще до сих пор существует из-за того, что заметная часть населения делает что-то, что не укладывается в схему "действие-поощрение/наказание со стороны хозяина". Это противодействие тихое, почти всегда не политическое и ненасильственное, но оно есть и, думаю, что достаточно широко и по географии и по социальному составу. И наше место где-то там, а образцы какие-то другие, не старороссийские, скорее - Махатма Ганди.

 

0 / 0
Согласен с Д.Быковым

Вот благодаря таким взглядам, как у автора, и имеет такой статус наука в стране.

Катастрофа не в академии - ничего страшного-то и не произошло. Катастрофа с обществом, которому стало совсем не до интереса к науке, интереса, которого у "креативного класса" хоть отбавляй. Но силы у "креативных", чтобы исправить положение, конечно намного меньше, чем у ученых, которые, если они ученые, должны намного лучше представлять суть проблем (тем более специалисты по древним цивилизациям). И, кроме тогого, ученые имеют организацию, АН, позволяющую громко, далеко не только на улицах, выражать свое мнение. И где-же была академия когда в стране глушились СМИ, выстраивалась система "кормления", разрушалась судебная система и т.д. ? Она, на подобие церкви, только и билась в защиту своего советского статус-кво. И единственное, к чему в этом пришла - к совершенно невнятному проекту реформы Фортова.

Единственное средство защиты у академии, если уж стараться сохранить эту структуру, была-бы ее активная позиция, способная найти поддержку в обществе - при такой позиции покушение на нее было бы однозначно воспринято как репрессии и это была-бы лучшая страховка от разгона. А теперь чего удивляться, колокол зазвонил и по нас.

Автор некорректно ставит знак равенства между сообществом ученых и сообществами, по сути дела, ремесленников, например врачей. В истории именно ученые, как самые образованные люди, всегда возвышали свой голос. От Ньютона до Эйнштейна в новое время, я уж не говорю о, безусловно лучше известных автору, примерах из древних времен. Но нам-то далеко ходить не надо, все помним А.Д.Сахарова. Его научным результатам, кто знаком, может позавидовать каждый из нас и, в то же время, он смог добиться, например, того, чтобы поток гробов из Афганистана остановился.

 

0 / 0
Вы что конкретно предлагаете

Вы что конкретно предлагаете под термином "активная позиция"?

1. Фортов собирает пресс-конференцию на которой "возвышает голос" и режет правду-матку как хреново обращается власть с наукой в России?

2. Фортов организует разлив коктейля молотова и сборку самопалов и самодельных ракет в подмосковных институтах, вооружает боевые отряды учёных и штурмом берёт Кремль?

3. По команде Фортова 100 000 учёных по всей стране перекрывают все дороги, угрожают взорвать мосты, тоннели, трубопроводы и линии электропередач  и выдвигают властям ультиматум - или власти позволяют проводить все реформы самим учёным, или страна погружается в разруху и гражданскую войну?

Каких активных действий вы ожидаете от учёных конкретно, чего вы хотите?

0 / 0
"Но нам-то далеко ходить не надо, все помним А.Д.Сахарова" (с)

Процитирую Вас : 

"Но нам-то далеко ходить не надо, все помним А.Д.Сахарова. Его научным результатам, кто знаком, может позавидовать каждый из нас и, в то же время, он смог добиться, например, того, чтобы поток гробов из Афганистана остановился." 

И продолжу - и сменился потоком гробов в Сумгаите, в Карабахе, в Фергане, в Югославии, в Приднестровье, вЧечне, в Дагестане, в Киргизии, в Таджикистане - и снова в Афганистане. И взрывами в российских городахМ.б. я что-то пропустил - так поправьте.

А что приобрели? Возможность беспрепятственно уехать из России, но не вьехать туда куда хоте  

Вы считаете, что это это достижение стоит той цены в человеческих жизнях, которая за негго уплачено? 

0 / 0
статья А.И.Иванчика

Глубокоуважаемый Аскольд Игоревич!

Спасибо за обращение к важнейшей проблеме. Во многом Вы, безуслолвно, правы. Вы охарактеризовали, вероятно, все  основные факторы, формирующие отношение к науке в нашем обществе - в настоящее время. Мне кажется, было бы полезно показать это отношние в ретроспективе. Это поможет  взвесить роль разных причин сложившейся сейчас ситуации. К сожалеию, у нас мало доступных материалов, чтобы восстановить картину. Поневоле приходится обращаться к литературе, а  нужен был бы социологический анализ. Но вспомним рассказ Василия Макаровича Шукшина "Срезал". Не отражает ли он общий фон, не выражает ли давние глубокие социальные разрывы, сохраняющиеся и сегодня как фон, как устйчивая основа? На этом фоне можно более отчетливо  увидеть роль власти, в частности роль советского государства.

До 1945 года Академию возглавляли натуралисты - геолог Карпинский, ботаник Комаров. В то время практическую пользу науки власть видела в изучении природных ресуров, в которых очень нуждалась. Потом срочно потребовалась бомба. И после 1945 года руководство Академией перешло к физикам, атомщикам, представителям ВПК.  И вплоть до 1990-х годов заботу власти о науке ощущало все общество.  Это мощно влияло на общественное  мнение.  После Г.И. Марчука уже не были нужны ни те, ни другие ученые. Достаточно было трубы. Ю.С. Осипов не обладал авторитетом прежних президентов Акедемии.Общество быстро утратило уважение к науке и вернулось к фоновому состоянию.

Конечно, это упрощенная схема. Но особую роль власти иллюстрирует. Думаю,  сейчас власть это основной фактор. 

  

 

0 / 0
Научное сообщество и Гражданское общество

Уважаемый Александр Владимирович!

Проблема взаимоотношения "наука-общество" возникла сразу после 1991 года. Научное сообщество осталось закрытой от общества корпорацией.  25 лет я являюсь независимым исследователем, участвовал в четырех российских философских конгрессах, в 20-м Всемирном философском конгрессе (США). Но не на все российские философские  конгрессы, куда я отправлял тезисы докладов я получал приглашения. Приходилось ехать без приглашения. А вот в США меня пригласили без каких-либо проблем. Также и на конференции, например, по философии математики. Потом, чисто организационная закрытость сообщества. Разве я могу быть членом ОНР? Нет, я не "научный работник".

Вы заходили когда-нибудь на форум портала РАН? Ваши выводы?

А есть ли в нашей стране "главный научный форум" с открытыми обществу экспертами-докторами наук, высокоэтичными модераторами, которые не загоняют волнующие общество  темы во "флудильни",   "пургатории", а самих авторов записывают во "фрики"?  А разве в фундаментальной науке все проблемы решены?

Прежде всего задача самого научного сообщества поощрять конкуренцию идей, а не только петь дифирамбы идеям "научного мейнстрима". Участвуя в двух международных конкурсах Foundational Questions Institute (FQXi) увидел воочию, что в мире идет жесткая борьба за новую научную картину информационной эпохи. Российское научное сообщество почему-то стоит в стороне...

Проблемы конкуренции научных идей не только в России, но и во всем мире. Сегодня нет современной системы поиска и отбора нового знания. Исследователи не должны быть "домогающимися", вся система Национальной науки и образования (!) должна быть ориентирована на поощрение в обществе научного и изобретательского творчества, система должна быть открытой обществу. Только тогда может быть прорыв России к званию "самая научная и образованная страна в мире",  ее осознанное продвижение на первое место в мире по финансированию науки (% от ВВП ).

Посмотрите мою тему "Наука-национальная идея России" и поддержите ее, как ученый-географ. Именно любовь к Географии привела меня к любви к Философии. А Философия - это "строгая наука" (Э.Гуссерль).

0 / 0
статья А.И. Иванчика и комментарий В.И. Рогожина

В.И. Рогожину

Глубокоуважаемый Владимир Ильич!

Спасибо за Ваш комментарий. Рад, что Вы любите географию. Я тоже ее люблю. Но к философии она меня не привела, мне эта область очень далека. Не смогу сказать и что-либо содержательное о Науке как национальной идее России. Однако осмысливать отношение нашего общества к науке приходиться - таковы нынешние обстоятельства жизни. Об одном из аспектов этого отношения я написал несколько слов, обращенных к журналистскому цеху. Этот небольшой текст некоторое время висел на сайте РАН. Если кому-нибудь он интересен - охотно пришлю.

Ваши фраза о том, что проблема "Наука и общество" возникла у нас сразу после 1991 года, представляется мне неточной. Думаю, проблема гораздо старше. Но основательно исследовать ее историю нелегко.  Хорошо бы вовлечь в такую работу профессиональных социологов.

 Другое дело, что в 1991-1992 годах у нашей Академии были шансы самой осуществить реформы, которые могли бы во многом предотвратить теперешний кризис (см., например, Вестник РАН 1992 №3 с. 95-102 http://www.ras.ru/FStorage/download.aspx?id=d523c8b-31b0-493b-9193-1ebf4...). Эти шансы сообщество членов Академии упустило. Об этом я говорил в своем выступлении на Конференции работников РАН 30 августа 2913 г. Опять-таки, игнтересующимся коллегам могу прислать.

  Всего доброго.

А.В. Дроздов

 

   

 

Страницы