23
Авг
2012

ИТР в НИИ

Читайте также другие материалы по теме: 

Поскольку бурные дебаты по поводу грантов здесь затихли, я хочу предложить обществу на обсуждение новую тему. Сейчас эта идея возникла в связи с интервью Ливанов-Мысина (http://www.prosveshenie.tv/index.php?id=8&news_item=200), но меня всегда удивляло, что эта тема никогда, по-моему, не обсуждалась на Scientific, и конечно, на этом форуме. Складывается ощущение, что здесь участвуют только теоретики или компьютерщики, которым для их гениальных научных свершений кроме авторучки, листа бумаги и компа, ничего больше не нужно.  Между тем, для меня (экспериментатора) эта тема весьма болезненна.

Эта тема - статус и условия оплаты инженера и вообще ИТР в НИИ.

Впервые за многие годы, если я не ошибаюсь, эту проблему затронула Вера Мысина в упомянутом интервью, и ответ Ливанова оставил у меня чувство безнадежности.

Я думаю, экспериментаторам, по крайней мере, в физических и технических отраслях науки, не нужно доказывать, что без этой категории сотрудников реальные научные результаты недостижимы, и в НИР нужны инженеры самой высокой квалификации.

Ливанов говорит: «… сегодняшняя система предполагает большую самостоятельность руководителя как в определении размера оплаты труда, так и в формировании штатного расписания». Это вранье. Действующая в РАН тарифная сетка предусматривает максимальную ставку для инженерного персонала что-то около 15 т.р. (для техника – 8,5). Руководство института у нас исхитряется изыскивать способы найти деньги на надбавки для ИТР общеинститутских подразделений, чтобы не умерла хотя бы инфраструктура института, но эти возможности весьма ограничены, и каждый год МОН и Минфин делали попытки эти способы сократить.

Далее, Ливанов: «Второе – мы будем, безусловно, увеличивать объемы грантовой поддержки исследований. …Они будут разные – от индивидуальных, до больших, коллективных. И, безусловно, каждый грант, особенно большой, если он дается на какой-то проект, включает в себя в том числе и расходы на оплату труда людей, которые помогают в выполнении научных исследований – тех же самых инженеров, техников, программистов, каких-то расчетчиков и так далее… То есть, я думаю, что в любом случае люди, которые занимаются вспомогательным трудом по отношению к исследователям, к ученым, не могут остаться без зарплаты».

Грантовая система, как известно, не предусматривает стимулирование электриков, сантехников и др., обеспечивающих жизнеспособность института. Но даже по отношению к ИТР в лаборатории она (сегодня, по крайней мере) не решает проблему!

Во-первых, грант дается на 2-3 года, а инженер и техник должны быть уверены в завтрашнем дне. Зарплата в 8,5 т. или 15 т. (это максимум!), по крайней мере, в Москве и Подмосковье, заведомо не обеспечивает эту уверенность.

Во-вторых, грантовские деньги (РФФИ) в этом году дошли до кассы в конце июня (ФЦПшные – в мае), а кушать хочется всегда.

В третьих, само отношение к ИТР как к «людям, которые занимаются вспомогательным трудом» (см. выше), создает не только соответствующий настрой, но и прямо влияет на факторы жизни. В частности, получить некоторое содействие в решение жилищной проблемы в РАН может только научный сотрудник!

Как ситуация выглядит в натуре? В моей группе остался один инженер пенсионного возраста – мастер на все руки, который может все – от наладки турбомолекулярного насоса (не современного Varian, разумеется, а советского ТМН) до аргоно-дуговой вакуумно-плотной сварки (ни одного сварщика-профессионала в институте не осталось). Он работает по полдня, другие полдня – в коммерческой фирме, где получает зарплату втрое большую, чем у меня. Когда я ему предложил вернуться к нормальному режиму, аккумулировав в его надбавке имеющиеся на тот момент ресурсы, он резонно возразил: «Ваши гранты на будущий год кончатся, а назад на ту работу меня уже не возьмут». Действительно, на 2009 г. моя заявка в РФФИ была не поддержана (прошла практически без изменений на следующий год), и чтобы не потерять его, я какое-то время доплачивал ему надбавку из собственных средств. Насколько я знаю, по такой же системе работают и другие немногие оставшиеся в институте инженеры. Техников в институте не осталось – на их ставках сидят студенты младших курсов (подкормка). На весь институт (около 300 научных сотрудников) – 2 станочника пенсионного возраста.

И что, при такой ситуации обещанными Ливановым средствами он рассчитывает обеспечить конкурентоспособность нашей экспериментальной науки? Или надежда только на компьютерные науки?

Есть еще один практикуемый некоторыми моими коллегами способ: все эксперименты проводить за бугром, во Франции или в Германии. Может быть, это единственный способ сохранить отечественную науку? Только молодые при таком методе, я полагаю, скоро все там и останутся.

Что по этому поводу думает ОНР, к которому  Ливанов в том же интервью выразил некое уважение (я сомневаюсь, что это уважение не показное, но – будем надеяться!)?

0 / 0
Ваши комментарии имеют более общее значение

Все, что Вы написали применительно к ИТР, относится также и к мнс, снс, внс, и т.д. Все эти категории работников тоже нуждаются в "перспективе", "уверенности в завтрашнем дне" и т.п.

Грантовые деньги приходят нерегулярно (могут и вообще не прийти!), а "кушать хочется всегда".

Оклад работников НИИ РАМН - 4400 руб/vмес + надбавки (3000 - к.н., 7000 - д.н.) :

"Я не знаю, кто определил такие ставки и для кандидата наук, и для доктора наук. Сегодня ведь никакой ранжировки нет — 4 тысячи 400 рублей. У него семья, скоро ребенок будет. Он один из очень серьезных лауреатов, получивший премию за рубежом, он получил первую премию, тем не менее — 4400 плюс 3 тысяч", - рассказал президент РАМН Иван Дедов (см. http://www.1tv.ru/news/health/212730).

Для получения грантов МОН сейчас требуют 50% внебюджетного софинансирования - а где его взять сотруднику академического института, занимающемуся фундаментальными исследованиями?

И какую же преспективу видит молодежь, имеющая способности и желание заниматься научными исследованиями?

В общем, здесь есть серьезные проблемы, которые и стоит обсуждать с "уважающим ОНР" уважаемым Дмитрием Викторовичем Ливановым.  Хочется верить, что с его приходом на пост Министра эти проблемы будут решаться.

0 / 0
Разумеется, Вы правы:

Разумеется, Вы правы: равнение на грантовую систему и на западный опыт временных позиций весьма опасно при наших уровнях зарплаты: попробуй-ка при этом хотя бы жилищную проблему решить по западному образцу! Но я счел необходимым сейчас особо выделить проблему ИТР, потому что если тема зарплат "научников" худо-бедно обсуждается, то об ИТР - полный молчок.

Напомню, что тему вовлечения молодежи в науку как раз я предлагал обсудить и придти к реальным делам еще на заре ОНР, но тема благополучно (?) угасла.

0 / 0
Обсуждение лишь одной части проблемы малоконструктивно.

К сожалению, приобретенный за последние два десятилетия опыт свидетельствует о том, что обсуждение какой-либо одной части общей проблемы неконструктивно. "Нос выдернем, хвост завяз". Казалось бы, в рамках ОНР имеет смысл замахнуться на проработку всей проблемы целиком.

Следуя "заветам" товарища Федюкина:

Интервью с зам. министра образования и науки РФ Игорем Федюкиным
http://www.nanometer.ru/2012/08/21/13455598609652_...
"вопрос снова возвращается к финансам: с 2013 года в разы планируется поднять среднюю зарплату ученых, но среднее – характеристика обманчивая.

- Заметит ли это увеличение младший научный сотрудник? – спрашивают в зале. – Возможно, стоит интересоваться не средним, а базой, поднять не среднюю зарплату, а сделать минимальную зарплату сотрудника достаточной для уверенной жизни?

- А где взять денег? – в ответ интересуется у зала зам. министра.

- Над этим должно работать государство!

- А государство у нас, как известно, кто?

- МЫ!

- Вот вы и работайте." 

0 / 0
Здесь я с Вами не согласен.

Здесь я с Вами не согласен. Вообще-то говоря, общая проблема - это система ценностей правящего в стране клана. Вы ее надеетесь изменить силами ОНР? Из этой проблемы вытекает более частная: отношение (на деле, а не на словах) этого клана к науке - я полагаю, и это нам изменить не под силу. И отсюда вытекает ряд частных проблем, параллельных и последовательных. Разве  проблема норм командировочных расходов, пересмотра которой добиваются Совет вместе с профсоюзом РАН - не частная? И следовательно, по Вашему мнению, не стоит этим заниматься? Но я думаю, что пока в ОНР порядка сотни членов, только такого рода задачи для него и имеют шанс на успех.

Как я понял, проблема мизерной базовой зарплаты научных сотрудников по-разному звучит в РАН,  в отраслевых академиях и, например, в Курчатнике - в РАН после осуществления пилотного проекта о зарплатах нс-ов на уровне 4 т.р. и речь не идет. Поэтому и решать эти частные проблемы нужно по-разному  и разными средствами. Проблема же статуса ИТР, насколько я знаю, актуальна не только для РАН, но и для ВУЗов - это прежде всего проблема понимания чиновниками высокого уровня, как делается наука. И может быть, при смене руководства МОН и обещанной Ливановым опоре на действующих ученых появится шанс ихменить это отношение и решить эту проблему. А приведенное Вами интервью Федюкина еще раз демонстрирует, что попытка сформулировать более общую проблему, связанную с радикальным изменением бюджета, тут же натыкается на откровенную демагогию.

 

0 / 0
Готов подискутировать, но не немедленно.

К сожалению, сейчас не могу развернуто сформулировать свою мысль (готовлюсь к поездке на два симпозиума в Австрии и Германии). Постараюсь сделать это в ближайшие дни. Но даже проблема командировочных расходов является "общей", поскольку она не специфична для научных работников, а относится ко всем работникам бюджетной сферы.

0 / 0
здесь я с Вами согласен

Отношение правящего клана к науке у нас в стране - это, по-существу, отношение к ней всего общества: большей части населения (думаю, не сильно преувеличу, если назову число 90%, а то и больше) нашей страны наплевать на науку и на то состояние, в котором она находится. Возможно, отчасти, именно потому, что она находится в таком состоянии: всё, чем люди пользуются в быту, сделано не у нас и поэтому с их точки зрения к нам не имеет никакого отношения, с другой стороны, всё то, что что люди могут связывать с наукой в России, падает, сходит с орбиты, пропадает и т.д., и всё это остаётся, как правило, без внятного квалифицированного обсуждения в открытой печати. Думаю, хотя это требует большого времени и поэтому может быть расценено как романтизм, что ситуация в целом изменится, когда в стране изменится общественное мнение к науке, а это в определенной мере зависит от нас: откройте сайт любого западного или восточного научного или образовательного института/университета - вы обязательно увидите там популярный раздел, часто развёрнутый с форумами, вопросами, ответами. Откройте любую страницу у нас.. Вообщее говоря, про нас никто не знает.
Что касается обсуждения вопросов, связанных с командировочными расходами или, как сейчас, с оплатой ИТР, то такие обсуждения могут иметь смысл, если есть (или когда-то будет) устойчивая обратная связь с теми, от кого финансирование зависит. Я, по правде сказать, так и не пойму (хотя, может быть плохо следил), чем же закончилось обсуждение командировочных расходов, если говорить о первичной идее обсуждения, а именно, возможности приведения их к прежнему состоянию.

0 / 0
Все так.

В.В. Поройков

Сожалею, что не располагаю временем, чтобы написать более развернутый ответ. Постараюсь сделать это в ближайшем будущем.

Страницы