Editorials


Editorial: "Дело О.Н.Зелениной"

Читайте также: 

15 сентября 2012 член ОНР А.К. Цатурян написал на форуме о деле к.с.-x.н. О.Н. Зелениной и призвал ОНР выступить в её защиту. Совет ОНР принял решение о выступлении в защиту Зелениной 17 сентября и попросил А.К. Цатуряна подготовить соответствующее письмо. 19 сентября письмо было выложено на этом сайте, и был объявлен сбор подписей под ним.

Независимо от этого 16 сентября член ОНР М.С. Гельфанд призвал своих коллег по Общественному совету при Минобрнауки выступить в защиту Зелениной, а также инициировал интерес журнала Nature к этому делу. Соответствующая статья в Nature появилась 21 сентября. Она вызвала значительный резонанс, поскольку была в том или ином виде изложена многими Интернет-изданиями за рубежом и в России. Кстати говоря, прямые ссылки из Nature и других изданий на этот сайт резко увеличили число посещений и заметно помогли сбору подписей здесь. 

24 сентября судебная коллегия по уголовным делам Мосгорсуда отменила решение Зюзинского райсуда о содержании Зелениной под стражей в качестве меры пресечения. На следующий день, 25 сентября повторный суд Зюзинского райсуда Москвы освободил её в зале суда, подробнее здесь и здесь. При этом суд приобщил к делу письмо с этого сайта, подписанное на тот момент 359 учёными и примкнувшими к ним (сейчас - 429, подписка остановлена). Всем подписавшим письмо мы глубоко благодарны. 

Наше письмо, разумеется, не было решающим фактором в положительном решении суда, но оно, возможно, сыграло свою фоновую роль. Кроме того, этот инцидент показал, что ОНР способно мобилизоваться довольно быстро и действовать решительно и оперативно.

К сожалению, есть сведения о том, что эксперт О.Н. Зеленина будет обвинена по новой статье "превышение должностных полномочий". При этом не снято обвинение по прежним "тяжёлым" статьям "Незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств" (ст. 288) и "Контрабанда наркотических средств" (ст. 188), по которым она была арестована и заключена под стражу. Поэтому ясно, что это не финал, а, вероятно, только начало вовлечения общественности в это дело. 

Editorial: ОНР - четыре года

Читайте также: 

Еще не стихли страсти четвертого Общего собрания ОНР, а уже пора начинать двигаться дальше. Заставили задуматься вопросы, которые на сайте задал молодой ученый, новобранец в рядах ОНР. На них непросто ответить и старожилам. Попробую начать издалека.

Зачем вступают в ОНР? Потому, что надоело равнодушно взирать на глупости и мерзости, творящиеся в российской науке, нет сил молча терпеть трудности и унижения, которые испытывают даже успешные, активные исследователи.

Как работает ОНР? На сайте эти глупости и мерзости, трудности и унижения обсуждаются и критикуются, вырабатывается общественное мнение. Далее находятся люди, чувствующие потребность сформулировать проблему вслух и предложить какие-то действия для ее решения. Возникают тексты, передаваемые в СМИ или посылаемые в соответствующие организации или ответственным лицам. Если эти тексты идут от имени ОНР, то они обсуждаются на Совете ОНР, редактируются, шлифуются и отправляются, превращаясь таким образом в документы.

Как работает Совет ОНР? В Совет приглашаются люди, которые показали свои способности и желание участвовать в такой работе. Иногда они соглашаются, иногда - нет. Каждый человек имеет склонности и компетенции в каких-то своих сферах и мы учитываем это, так, чтобы Совет был компетентен и дееспособен во всех проблемах нашей научной жизни. В Совете представлены разные регионы и разные области наук, научные организации и вузы, крупные и маленькие коллективы, разные возрасты и разные уровни участия в организации науки: от н.с. до зам. директора. Так сложилось и так мы живем уже пятый год. Можно ли придумать что-то более эффективное, когда каждый по уши погружен в свою любимую научную работу? Не уверен. 

Давать какие-то предвыборные или поствыборные обещания членам Совета трудно, поскольку работа наша идет коллективно. Но каждый член Совета может сказать о своем видении проблем, которыми он/она хотели бы заниматься, ответить на вопросы на сайте. Иногда нас критикуют за то, что мало появляемся на сайте. Да, есть такой грех, времени нет катастрофически. Но мы стараемся и будем стараться. На самом деле все, как правило, читают появляющиеся посты и важные вещи мимо внимания Совета не проходят.

Чем занимаюсь лично я? Пытаюсь координировать и согласовывать разные точки зрения, инициировать какие-то акции, реагировать на вызовы. По сути, тем же занимаются и другие члены Совета. Одни более активно, другие - менее.

А чем занимаются сопредседатели Совета? По Уставу ОНР функции сопредседателей - представительские. Они подписывают документы от имени Совета ОНР, а по сути - от имени ОНР, так как по Уставу Совет ОНР в промежутках между Общими собраниями является постоянно действующим органом управления ОНР. Протоколы заседаний Совета, исходящие документы и обращения от имени ОНР  подписываются Председателем или одним из Сопредседателей Совета. Я предлагаю относиться  к этой миссии как к дежурству сроком в один-два года, как к неизбежному злу. Хотя конечно, конечно, желательно, чтобы представители руководства ОНР были известны своими успехами в науке или публицистике или участием в работе авторитетных организаций. Пока сопредседатели нового состава Совета у нас еще не выбраны.

Наверняка возникает вопрос: Зачем нужно ОНР? Какой смысл в этой нашей деятельности? Я и сам себя часто спрашиваю об этом. Ответов может быть много разных, но мне представляются самыми важными две цели. Первая - по мере сил помочь научному сообществу  самоорганизоваться, осознать себя, свою силу и свои слабости. И вторая - добиваться нормального взаимодействия ученых с органами власти: многие несуразицы и мерзости нашей жизни возникают  именно из-за отсутствия обратной связи в системе управления наукой. Достижение этих целей - миссия во многом просветительская, их нельзя достичь за 1-2-3 года.  Но никто этих задач не решит за нас!

И пусть горстка прапорщиков не перевернет Россию, но наши предложения о том, как надо обустроить российскую науку, рано или поздно будут услышанными и, надеюсь, принятыми.


 

Editorial: Первые полгода Общества

Читайте также: 

В эти дни исполняется полгода существования ОНР. Нас уже сто одиннадцать членов, плюс примерно столько же зарегистрированных пользователей на этом сайте. Совет ОНР сердечно приветствует вас!

За полгода сформированы костяки Петербургского и Московского отделений, и мы подозреваем, что в скором времени будут созданы и другие отделения. Мы сознательно отказались от членских взносов – неизбежные, но пока небольшие организационные расходы взяли на себя члены Совета и их активные сторонники. Особо хочется подчеркнуть большую и безвозмездную работу Сергея Полютова по созданию и поддержанию этого портала. Были бы очень признательны тем, кто поможет ему в администрировании, с вручением ключей.

Общество было создано полгода назад как некий жест отчаяния, поскольку наблюдалось полное отчуждение власти от научной интеллигенции, «ломовой лошади истории» по выражению Горького. В каких-то особо вопиющих случаях научному сообществу удавалось консолидироваться – собирать тысячи подписей под письмами властям, даже организовывать митинги. Однако каждый раз это требовало героических усилий отдельных личностей, а эффективность выступлений была небольшой. Возникла потребность в каком-то новом инструменте взаимодействия с властями разного уровня для того, чтобы пожелания научного сообщества на самом деле реализовывались на практике. Спустя полгода можно заявить, что дееспособное объединение учёных состоялось несмотря на традиционную атомарность российского научного сообщества и громкие ехидные голоса против.

Здесь вы найдёте наш послужной список за короткие полгода. Основные акции ОНР пока относились только к прямому взаимодействию с Минобрнауки и с РФФИ. В обоих случаях налажен конструктивный диалог, о котором ещё полгода назад можно было только мечтать. Разумеется, в этом заслуга не только ОНР, но и сответствующих ведомств, однако, если бы не было готового ОНР, диалог был бы невозможен. Таким образом, новый инструмент взаимодействия научного сообщества с властями создан, а его плодотворность зависит от нашего коллективного разума и дальнейшей активности.

Мы очень рады, что удалось создать платформу для консолидации, взаимопомощи и совместных действий талантливых людей разных специализаций, по большому счёту единомышленников. Естественно, что нет ни одной пары людей с тождественными взглядами, тем более среди тех, кто привык обдумывать вещи ab ovo. Но то, что объединяет нас, несомненно, главнее. Один знает / умеет одно, другой – другое, а все мы вместе при доброжелательном взаимодействии – в общем-то уже заметная и авторитетная сила.

Пока ещё ОНР находится в младенческом состоянии, и процедура принятия решений примитивна. По мере взросления и расширения мы будем чаще прибегать к опросам и разного рода голосованиям. Подчеркнём, что у нас нет «освобождённых членов» – несколько таких же, как вы, учёных, чувствуя свою социальную ответственность, отрывая время и силы от основного занятия, на чистом энтузиазме создали пока всего лишь базу, удобную рабочую площадку для совместных действий. Всё дальнейшее в определяющей мере зависит от вас, дорогие члены ОНР и примкнувшие к ним! И на федеральном, и на местном уровне по-прежнему полно нелепостей и безобразий, и, если не мы, то кто?.. Сто одиннадцать членов ОНР – это и есть прообраз того самого гражданского общества, которое должно управлять страной.

Хотелось бы, чтобы инициатива новых осмысленных акций исходила не только и не столько от членов Совета ОНР и ближнего круга активистов. Дел на самом деле невпроворот, для ориентации см. Декларацию. Нормальное развитие ОНР – в «наказуемой» инициативе его членов: один человек или спонтанная рабочая группа поднимает проблему, прорабатывает её решение, выносит на обсуждение на сайте, получает порцию критики и предложений, формирует документ / письмо / обращение / митинг / встречу, которые ОНР затем поддерживает всем своим весом, и это становится совместной акцией.

Первые полгода оказались на удивление насыщенными событиями – и в становлении Общества, и его активности, и завоевании авторитета. Поэтому мы с осторожным оптимизмом вступаем в новый академический год.

В Приложении:

член Совета А.А. Самохин документирует как фактически родилось Общество,

сопредседатель Совета А.Л. Фрадков рассказывает о предыстории и делится своими соображениями о работе Общества

Editorials: Выборы президента РАН

Читайте также: 

Выборы президента РАН состоятся 29 мая на общем собрании Академии наук.

В настоящее время на должность президента РАН выдвинуты:

  • академик, нобелевский лауреат Жорес Алферов
  • академик Владимир Фортов
  • действующий президент Российской академии наук академик Юрий Осипов.

Первые два кандидата, очевидно, дали согласие баллотироваться на пост. Юрий Осипов, по информации академика Алексея Хохлова, баллотироваться на пост не будет (см. http://www.polit.ru/article/2013/04/12/khokhlov1/).

На сайте ОНР планируется провести открытое для всех научных сотрудников и преподавателей голосование по этим трем кандидатурам. Однако, в данном голосовании, в принципе могут участвовать любые кандидатуры, предложенные пользователями сайта и членами ОНР. Было бы интересно посмотреть какие альтернативы может предложить научное сообщество.

Однако, до того как разместиь это голосование я предлагаю обсудить:

1) должны ли мы предлагать дополнительные кандидатуры?

2) когда открывать голосование (после выборов, после объявления кандидатов, до объявления кандидатов).

3) Кто может голосовать на сайте (члены ОНР, пользователи сайта, все желающие)?
(в принципе можно разрешить голосовать всем, а уже затем наводить статистику, в этом случае нужны будут добровольцы).

4) Любые другие вопросы связанные с выборами.

Смотрите также "ПОРЯДОК выборов президента Российской академии наук":
http://www.ras.ru/about/president/presidentelection.aspx

Editorials: Прирастать будем Сибирью!


15.05.2013 в Новосибирске было учреждено региональное Отделение Общества Научных Работников (ОНР). Собрание проходило в Академгородке в кафе НИИ КуДА (Научно-исследовательский институт культурного досуга Академгородка), где традиционно проводятся лекции научного кафе «Эврика»: http://vk.com/eureka_nsk, возрождая традиции знаменитого кафе «Под интегралом» - дискуссионного клуба, организованного в Новосибирском Академгородке в начале 1960-х годов и являвшегося одним из символов «хрущевской оттепели».

В состав Новосибирского отделения входят представители как ВУЗов Новосибирска, таких как Новосибирский государственный университет (НГУ), Новосибирский государственный педагогический университет (НГПУ), Сибирский государственный университет телекоммуникаций и информатики (СибГУТИ), Новосибирский государственный технический университет (НГТУ), так и представители академий наук: РАН и РАСХН.

Вопросы, которые обсуждались на Учредительном Собрании и, по мнению участников, требуют решения в первую очередь, касаются доступа к общественному оборудованию в Центрах коллективного пользования, нарушения прав интеллектуальной собственности, работы советов молодых ученых, взаимодействия академической и вузовской науки, командировочных расходов и грантов РФФИ. Без решения этих проблем эффективная работа, публикационная активность, также как интеграция в международное научное сообщество, становятся практически невозможными.

Владимир Николаевич Попантонопуло, к.т.н., доцент ( Федеральное государственное унитарное предприятие "Научно-технический центр "Атлас"): «Пришли очень интересные ребята, рассказали о своих проблемах, и никто не говорил о зарплатах,- не потому, что зарплата большая, а потому что больше всего они переживают из-за проблем с обеспечением научно-лабораторной базы, из-за которых нет возможности полноценно работать».

Василий Николаевич Афонюшкин, к.б.н., с.н.с. ( Институт экспериментальной ветеринарии Сибири и Дальнего Востока Россельхозакадемии): «Для нормальной экспериментальной работы необходимо оборудование. Проблемы: крайне неравномерное обеспечение оборудованием, отсутствие доступа к имеющимся приборам, большое количество неиспользуемых или слабо загруженных приборов, неэффективное финансирование закупок оборудования. Что нужно сделать: прописать конвенцию о гарантиях доступа к оборудованию вне зависимости от ведомственной принадлежности, а также о гарантиях доступа к приборной базе внутри институтов с требованием повышения эффективности использования; выработать рекомендации по повышению эффективности финансирования и приобретения оборудования».

Елена Николаевна Пивоварова, к.б.н., н.с. ( Институт цитологии и генетики СО РАН): «Очень серьезной проблемой, мешающей нормальной работе, является нарушение прав интеллектуальной собственности. Это не только плагиат, когда страницами переписываются чужие диссертации, это плагиат во всех видах – нарушение интеллектуальной собственности. Необходимо четкое осознание того, что интеллектуальная собственность должна защищаться законом, и закон должен соблюдаться».

Лаура Мингалиевна Киприянова, к.б.н, с.н.с.( Институт водных и экологических проблем СО РАН): «Новосибирскому отделению ОНР необходимо поддерживать тесные отношения с профсоюзом.

Объединенный комитет профсоюза Новосибирского научного центра СО РАН (ОКП НЦЦ СО РАН) - организация с проверенной временем структурой, огромным опытом работы как по ведению текущей профсоюзной работы в организациях, так и по решению проблем ученых не только на региональном уровне, но и в масштабах страны. Имеет собственный печатный орган - газету "Вестник профсоюза СО РАН". По многим вопросам ОНР и ОКП ННЦ СО РАН могут и должны выступать единым фронтом».

Так что прирастать будем Сибирью!


 

Сибирь и Дальний Восток: перспективы?

Читайте также: 

Мертвый восток

Сибирь и Дальний Восток все больше погружаются в демографическую и экономическую пропасть

  • Александр Попов, специальный корреспондент «Эксперт Online», главный редактор журнала «Эксперт Сибирь»
  • Сергей Чернышов, заместитель главного редактора журнала «Эксперт Сибирь»

Сибирь и Дальний Восток все больше погружаются в демографическую и экономическую пропасть. Люди не хотят добывать полезные ископаемые, они хотят просто жить по-человечески.

Сорок процентов жителей Сибири и Дальнего Востока хотят уехать жить в другое место. Стремительно пустеющий восток России, с таким трудом освоенный, «кладовая страны», хранящая три четверти всех ее ресурсов, которую никто не хочет разрабатывать, — это проблема уже федерального уровня. Свежесозданное Министерство по развитию Дальнего Востока пока не представило никакой внятной стратегии того, как вдохнуть жизнь в этот регион, все заявления сводятся к отдельным масштабным затеям вроде строительства БАМ-2 или моста на Сахалин. Но строители БАМ-1, которые остались жить вдоль магистрали, могли бы многое рассказать о том, почему такие проекты в конечном итоге ведут в никуда и почему регион должен быть освоен системно и осмысленно. Крупными, но отдельными сырьевыми производствами (территориально-промышленными комплексами, как их называли в СССР) тут не обойдешься — придется развивать нормальную, полноценную экономику.

Точка отъезда и точка невозврата

Сегодня все проблемы Сибири и Дальнего Востока, на которые приходится 60% территории страны, можно выразить одним словом: уезжают. Сейчас здесь проживает всего 25 млн человек. И хотя практически во всех регионах Сибирского и Дальневосточного федеральных округов показатели рождаемости и смертности соответствуют общероссийским тенденциям (в Туве рождаемость и вовсе идентична «кавказской»), численность населения региона от переписи к переписи сокращается (см. график 1). При этом если Россия в целом с 1989-го по 2010 год потеряла 3,5% населения, то СФО — 8,6%, а ДФО и вовсе 20%. И дело не в повышенной смертности, а именно в миграции с востока в другие регионы (см. графики 2 и 3). То есть если в целом по России мы видим миграционный прирост в размере 13 человек на 10 тыс. жителей, то в Сибирском и Дальневосточном округах зафиксирован миграционный отток.

В результате, согласно данным Росстата, население регионов, составляющих нынешний ДФО, в новой России сократилось на 1,7 млн человек, а в некоторых сальдо миграции и вовсе превысило все мыслимые значения. Так, в Чукотском АО этот показатель равен 168 уехавших на тысячу живущих, в соседней Магаданской области — 120. В результате население области сократилось более чем в два раза (с 392 до 157 тыс. человек), а Чукотки и вовсе в три с лишним раза (со 164 до 51 тыс. человек) — цифры, как модно говорить, немыслимые для мирного времени.

«Серьезный отток населения с Дальнего Востока произошел сразу после распада СССР — тогда из некоторых городов уехало до 60 процентов населения, — говорит первый заместитель председателя правления Азиатско-Тихоокеанского банка Сергей Тырцев. — Уезжали целые поселки, расформировывались воинские части. Сейчас на Дальнем Востоке есть своя миграция — для людей, которые живут на Чукотке, Камчатке, в Магадане, “материками”, куда они хотели бы уехать, являются Амурская область, Приморский и Хабаровский края. Вместе с тем многие из них уезжают на юг России, да и Москва для многих активных людей остается целью их жизни».

Депопуляция не могла не сказаться на экономике восточных территорий. Для экономического развития важны такие демографические показатели, как количество экономически активного населения (зависит от возраста и учитывает, какое количество людей на территории потенциально может работать) и реально занятых в экономике (тех, которые действительно работают). По первому показателю в Сибири с некоторыми оговорками действуют общероссийские тенденции, поскольку в трудоспособный возраст и здесь вошли родившиеся в период беби-бума в конце 1980-х и доля экономически активного населения немного увеличилась. А вот на Дальнем Востоке этот показатель безнадежно отрицательный (см. график 3), что является следствием отъезда целыми семьями. В результате здесь уменьшается и численность населения в трудоспособном возрасте, и количество реально занятых в экономике. Что касается занятых в экономике, то и Сибирь, и Дальний Восток существенно опережают Россию по темпам падения этого показателя: так, в Сибирском округе его снижение составило 14% (по отношению к 1989 году, против общероссийских 10%), а на Дальнем Востоке так и вообще почти 20%. В Магаданской области работающих в 2010 году было на 70% меньше, чем в 1989-м.

Особняком стоит Республика Алтай — это единственный регион, показавший рост числа занятых в экономике на феноменальные 12% за последние десять лет. Объясняется это достижение просто. Во-первых, небольшим населением: полученные 12% — это на самом деле лишь 10 тыс. человек. Во-вторых, бурным развитием туризма. Регион, в который еще десять лет назад заезжали лишь немногочисленные «дикари» из соседних регионов, сегодня принимает более 1 млн человек в год — в среднем по пять туристов на каждого жителя региона. Туристический бум начался в республике около пяти лет назад, и именно с тех пор статистика неумолимо фиксирует рост занятых в экономике: молодежь устраивается работать на турбазы, пенсионеры пекут для туристов пирожки, а жители отдаленных деревень возят приезжих на лошадях к труднодоступным достопримечательностям.

Сибирские демографы утверждают, что тенденции депопуляции вот уже несколько лет как привели к «точке невозврата». Падающие кривые численности населения естественным путем не переломить. Нужна масштабная государственная политика как по закреплению существующего населения, так и по привлечению новых людей. Будем реалистами: пока задача в том, чтобы хотя бы не допустить дальнейшего сжатия населения на востоке и попытаться повысить его экономическую активность — не только за счет запуска новых «больших проектов», но и за счет расширения возможностей для частной инициативы.

Экономическая брешь

Конкурентоспособность сибирской и дальневосточной экономики в советское время держалась на трех китах — централизованных капвложениях и кредитах, гарантированных рынках сбыта и специфической системе цен и тарифов. Сегодня ни одного из этих условий нет. При этом нельзя сказать, что местная экономика тотально неконкурентоспособна. Есть целый ряд отраслей, которые востребованы мировым рынком. И это не только добывающие отрасли, но и высокотехнологичные, связанные с биотехнологиями и ИТ. Однако безоговорочное и тотальное лидерство в макрорегионах занимает все-таки сырьевой сектор — от лесной до неф­тегазовой промышленности. Согласно данным Сибирского таможенного управления (СТУ), более половины местного экспорта занимают лес и металлы, а в импорте преобладает продукция химической промышленности и машиностроения.

При этом если в абсолютном выражении объем инвестиций в СФО и ДФО за последние десять лет вырос в 9 и 13,3 раза соответственно (последняя цифра — самая стремительная динамика роста инвестиций среди федеральных округов), то в относительном выражении восточные округа проигрывают другим регионам. При этом основные деньги, которые пока приходят в восточную экономику, — государственные. «В прошлом году более триллиона рублей было инвестировано в основной капитал из всех источников финансирования на Дальнем Востоке. Однако если внимательно разобраться, то это либо государственные, либо опосредованно государственные деньги», — говорит генеральный директор ОАО «Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона» (создан Внешэкономбанком в прошлом году) Геннадий Алексеев. Это явно демонстрируют двадцатилетние графики динамики индекса промышленного производства (график 4). Тогда как федеральные округа и большинство регионов показывают в целом общероссийский тренд (после некоторого торможения в 1990-х), и этот тренд плавный, то в отдельных регионах Дальнего Востока год от года наблюдаются резкие скачки — таковы, например, Сахалинская область, Чукотка и Приморье. Это следствие того, что регионы развиваются рывками, за счет больших, но разовых проектов — наподобие саммита АТЭС во Владивостоке или начала добычи золота на Чукотке. В результате оказывается, что некоторые регионы показывают колоссальный по российским масштабам уровень инвестиций, но уровень жизни населения от этого практически не меняется. Яркий пример — строительство моста на остров Русский во Владивостоке, который был торжественно открыт премьер-министром Дмитрием Медведевым 2 июля (правда, после его отъезда движение по мосту снова закрылось). Несмотря на то что, по словам Медведева, «это сооружение будет служить очень большому количеству людей», переход стоимостью более 33 млрд рублей после открытия и кратковременного использования во время саммита АТЭС послужит лишь 5,3 тыс. человек постоянного населения острова. И еще порядка 20 тыс. студентов и преподавателей пока еще аморфного Дальневосточного федерального университета, который предполагается расположить на площадках саммита АТЭС. Итого на каждого из посетителей и жителей острова бюджет потратил в среднем 1,3 млн рублей — фантастические по объему и нецелесообразности инвестиции.

Обратно на запад

В апреле-мае этого года ВЦИОМ провел опрос жителей Сибири и Дальнего Востока. Выяснилось, что 40% из них хотят уехать. Эти данные перекликаются и с другими подобными исследованиями. Скажем, в июне новосибирский центр маркетинговых исследований «ИнфоСкан» опубликовал результаты аналогичного опроса, согласно которому лишь 52% жителей города устраивает то место, где они сейчас живут, а каждый десятый новосибирец хотел бы уехать за рубеж.

Причины этого объективны: состояние ЖКХ (44% опрошенных), алкоголизм и наркомания (38%), состояние дорог (33%), коррупция в органах власти (29%) и большое число иммигрантов (22%).

Но главный негативный фактор, который отмечает почти половина сибиряков и дальневосточников, — относительная дороговизна жизни. Высокие цены на продукты питания, промтовары, энергоносители (в основном за счет больших транспортных издержек и сурового климата) больше не компенсируются повышенными, как было в СССР, зарплатами. В далекой Туве, например, большинство товаров стоит столько же, сколько в зажиточной Москве, а денег там люди получают много меньше. Поэтому они и хотят уехать — прежде всего за высокими зарплатами (и это из Сибири, где уровень жалованья традиционно был существенно выше, чем в остальной стране!) и, что еще важнее, за карьерными перспективами.

«Сложилось серьезное несоответствие. С одной стороны, оценка уровня жизни, которая учитывает количественные показатели. И эти показатели растут. Увеличиваются заработная плата, доходы. С другой — оценка качества жизни, которая не имеет четких критериев. Так вот, у людей есть субъективное ощущение, что качество их жизни снижается. И ситуация не только не исправляется, она становится все хуже. Резко возросшие ожидания людей, как мне кажется, и есть главная причина протестных настроений», — объясняет председатель Союза промышленников и предпринимателей Красноярского края Михаил Васильев, имея в виду под протестом желание 40% сибиряков и дальневосточников покинуть малую Родину.

На первый взгляд людям в Сибири, особенно в крупных городах, продолжающих усиленно стягивать на себя население с депрессивной периферии, есть где строить карьеру. Ведь на уровне бизнеса особой депрессии в регионах вроде бы не ощущается. Более того, из Сибири вышла масса компаний, уверенно шагнувших на федеральный и даже на мировой уровень. Достаточно вспомнить книготорговую сеть «Топ-книга» (ныне, правда, пребывающую в состоянии кризиса), ритейлера «Обувь России», фабрику мороженого «Инмарко» (куплена Unilever), красноярских мебельщиков из фирмы «Мекран» или сеть быстрого питания «Подорожник» из Кемерова. А томские инноваторы давно признаны коллегами из стран Европы (к примеру, «Микран» учредил СП с Nokia Siemens по производству станций связи 4G).

Тем не менее опрошенные нами представители бизнеса говорят, что реальных и крупных историй успеха в Сибири очень мало. «Гораздо больше историй провала. И даже те истории успеха, которые на слуху, не меняют общего негативного образа», — поясняет глава холдинга РАТМ Эдуард Таран (Новосибирск).

Дело не в административных барьерах, коррупции, высокой налоговой нагрузке или давлении силовиков. И в Сибири, и на Дальнем Востоке с этим не лучше и не хуже, чем в Европейской России. Дело в качестве среды обитания. «Я знаю имена ряда красноярских предпринимателей, которые закрыли здесь дела и уехали в Москву, Китай, Западную Европу, Америку. Уехали за лучшей жизнью, во всех ее проявлениях: бытовых, деловых, прочих», — констатирует Михаил Васильев.

«Люди ездят по миру, общаются и понимают, что местная среда их не удовлетворяет. Особенно это касается руководителей компаний, топ-менеджеров, которых, я считаю, и нужно здесь удерживать в первую очередь. Потому что если они уезжают — или компании совсем ломаются, или центры принятия решений переносятся в другие города, чаще в Москву. Надо не гордиться тем, что наши кадры востребованы в Intel, а делать все для того, чтобы они работали здесь», — говорит Александр Кычаков, бывший совладелец компании «Сибирский берег», ныне член бюро экспертного совета Агентства стратегических инициатив и председатель правления фонда «Эндаумент НГУ». «У меня вообще есть устойчивое ощущение какой-то временности местной жизни. И власть ведет себя как временщики, и люди ведут себя так, словно при любой возможности готовы отсюда уехать. Во всяком случае, когда я встречаюсь с коллегами-предпринимателями, тема отъезда поднимается довольно часто. Это неправильно», — вторит ему Александр Гельманов, генеральный директор компании «Синтез-Н» (ИТ-сектор, одна из крупнейших компаний отрасли в Красноярске).

Пока улучшить качество жизни предполагается так: сначала вовлечь в оборот новые месторождения, большей частью открытые еще в годы СССР, запустить «новую индустриализацию» восточных территорий (или — местами — доиндустриализацию) и за счет «сырьевой ренты» и общего роста налоговой базы обустроить местную жизнь. Во всяком случае, именно в этой привычной логике «нового колониализма» лежат все последние инициативы федерального центра.

Мещанская жажда комфорта

Проблема в том, что экономика Сибири и Дальнего Востока и так исторически имеет чрезвычайно упрощенную структуру. Типичные места работы местного населения — либо заводы и карьеры, либо торговля и сектор услуг. «Крупные проекты первого передела сырья, разработанные еще во времена СССР, не конвертируются в повышение качества жизни местного населения», — говорит иркутянин, а ныне представитель AREP Group в России Алексей Козьмин. Кстати, не вдохновляется «нефтегазовой романтикой» и современная молодежь. Согласно исследованию, проведенному в Иркутской области, всего 5,4% выпускников местных вузов и молодых специалистов хотели бы работать в нефтянке (даже несмотря на то, что отрасль в последние годы стала активно развиваться!).

«Во многом негативное отношение к добыче сырья — это результат субъективного восприятия, оставшегося с советских времен, когда разработка сырьевых ресурсов ассоциировалась исключительно с лагерно-барачной жизнью и тяжелейшими условиями труда, — объясняет этот сдвиг директор по стратегии группы En+ Дмитрий Юдин (по мнению En+, единственный пусть развития восточных территорий России — это как раз новая индустриализация. — “Эксперт”). — У нас нет системного, комплексного подхода к освоению ресурсов на современном уровне. Тогда как есть целый ряд стран, которые сделали ставку на добычу сырья, но их просто язык не поворачивается назвать сырьевыми — в первую очередь это Канада, Австралия, Бразилия. Так, Австралия выиграла на трех волнах индустриализации в АТР, поставляя ресурсы сначала в Японию во времена экономического бума, затем переориентировав экспорт на Корею, а в последние пять-семь лет — на Китай».

Добыча сырья — это всегда лишь первый этап, уверяет Юдин; дальше подтянутся машиностроение, которое обслуживает добычу, потом переработка и так далее, пока не дойдет до высокотехнологичных производств. «С чего-то надо начинать. Все же сырье — это наше естественное, очевидное конкурентное преимущество, тем более при наличии близлежащих рынков сбыта (в первую очередь Китая), и если его добычу сделать национальным проектом, то и отношение людей к нему кардинально поменяется», — убежден он. «Да пусть у нас будет простая экономика, — соглашается с Юдиным Эдуард Таран. — Раз мы лучше всех умеем добывать и продавать нефть и газ, давайте этим и заниматься, только еще лучше. Под крупные проекты подтянутся более мелкие. Важно, чтобы население стало богаче, тогда и экономика сама усложнится».

Однако невозможно отрицать, что это очень долгий путь, как минимум на пару десятилетий. Так, в ходе реализации проекта Богучанского энергометаллургического объединения несколько лет назад было создано СП с французской компанией по производству промышленных кранов. Предполагалось, что краны будут использоваться для строительства Богучанского алюминиевого завода, а заодно продаваться сторонним компаниям. Но до сих пор это СП не заработало в полную силу. Пока остальные отрасли будут «подтягиваться», на Востоке просто никого не останется.

Так где же выход? «На наш взгляд, в макро­регионе необходимо создавать условия не только для привлечения крупных инвестиций, в том числе иностранных, но и оказывать активную поддержку малому и среднему бизнесу, так как в этих сферах создается немало рабочих мест, — считает Богдан Зыков, аналитик “БКС Экспресс”, входящей в новосибирскую группу БКС. — Это могут быть налоговые льготы, субсидии, снижение административных барьеров, создание при муниципалитетах специальных органов по проблемам местного бизнеса и так далее».

Другими словами, единственный путь развития востока нашей страны настолько же очевиден, насколько и сложен, — необходимо создать на всей этой огромной территории полноценный хозяйственный контур с заметными долями не только сырьевой или высокотехнологичной промышленности, но и любой другой индустрии — легкой, обрабатывающей, производящей обычные товары повседневного спроса и т. п. Наконец, создать экономику с полноценным и современным сектором услуг, в которых так нуждаются люди.

Для этого нужны как минимум три вещи. Во-первых, заставить крупные корпорации, которые ведут добычу и переработку природных ресурсов, максимально привлекать для работы местные компании. «Для подряда. От рытья канав до высокотехнологичных ИТ-услуг. Это даст огромный толчок развитию среднего и малого бизнеса. Сейчас для местной компании получить такой подряд фактически невозможно», — говорит Александр Гельманов.

И ему можно поверить: пару лет назад губернатор Красноярского края Лев Кузнецов открыто признавал, что местная индустрия от начала разработки Ванкора не особо выиграла — хотя потребности новой отрасли в оборудовании и услугах были колоссальными. «Есть претензии к крупным монополиям, которые присутствуют, что бы там ни говорили в антимонопольной службе, в каждой из отраслей. Рынки закупок поделены. Монополии работают со своими системами снабжения, которые в конечном итоге имеют выход на зарубежных поставщиков. Поэтому рынок для среднего бизнеса ограничен, по сути, муниципальными и государственными заказами», — добавляет Михаил Васильев.

Второе направление — планомерное развитие среднего и малого бизнеса, ориентированного на выпуск продукции внутреннего и повседневного спроса. «Людям всегда надо будет одеваться, питаться, отдыхать, проводить досуг. Все это направления для частного капитала. И он придет туда, где будет довольное и богатое население», — считает Эдуард Таран. Пока региональные власти уделяют таким компаниям мало внимания: акцент делается на привлечение (или поддержку) крупных налогоплательщиков в инновационном секторе, который уже стал священной коровой. «Пока что акцент заметно смещен на добычу и переработку природных ресурсов (нефтегазовый, горнорудный, лесозаготовительный сегменты), но необходимо постепенно преодолевать эту однобокость, — уверен Богдан Зыков. — Подвижки в этом направлении уже есть. К примеру, мощный научно-образовательный потенциал таких регионов, как Новосибирская и Томская области, за последние годы позволил создать там точки роста в ИТ-сфере, биотехнологиях, нанотехнологиях, медицинских инновациях». Однако и высокие технологии тоже нельзя считать спасением. Сколько процентов людей могут и хотят ими заниматься? Например, в новосибирском Академгородке сформирована индустрия по производству видеоигр, торгующая ими по всему миру; наиболее яркий ее представитель — компания Alawar, имеющая годовой оборот в сотни миллионов рублей. Шесть тысяч программистов, большая часть которых занята в этих компаниях, никуда уезжать из сибирской тайги не собираются. Но ведь это капля в море на фоне количества экономически активного населения. Главное, непонятно, как усилия небольшой по масштабам инновационной экономики, пока еще лишь зарождающейся в Сибири и сконцентрированной в нескольких небольших «оазисах» (Академгородок, Томск, Кольцово, федеральный университет в Красноярске), повлияют на качество жизни, то есть на ключевой фактор для жителей востока России, которые готовы в любой момент сняться с места и уехать?

Вешалки, ведра и туалетная бумага

Недавно «Эксперт Сибирь» попытался оценить долю местных производителей товаров народного потребления на полках крупных сетевых ритейлеров. Выяснилось, что кроме пищевой продукции, которая превалирует на полках сетей в силу небольших сроков годности, местным производителям нечего предоставить розничным гигантам. В небольших количествах поставляется бытовая химия, вешалки, туалетная бумага, одеяла и подушки, ведра и незамысловатая мебель.

Между тем в потребительском секторе крутятся немалые деньги. В одной только Новосибирской области, которая считается логистическим центром как минимум всей Западной Сибири, объем рынка розничной торговли непродовольственными товарами в 2011 году составил 212,4 млрд рублей (в целом по СФО — свыше триллиона). Но больше половины этой суммы приходится на долю импорта и явно не остается в экономике региона. Получается, что из Сибири теперь «качают» не только нефть и газ, но и деньги потребителей. Заполнить полки крупных сетей местной продукцией — чем не глобальная цель? Заниматься тазиками или стульями действительно не так престижно, как инновационными зонами, технопарками или большой индустрией. А потому подобных игроков, вынужденных самостоятельно пробиваться к успеху, власти обычно не замечают и не стимулируют.

Вспомним 33 млрд рублей, потраченных на мост во Владивостоке, и представим, что сходную сумму вложили в легкую промышленность. На эти деньги можно было бы запустить целый обувной кластер — пять-шесть обувных фабрик и обслуживающий их кожевенный завод. Инвестиции составили бы всего 5–6 млрд рублей, так что осталось бы и на социальную инфраструктуру, и даже, возможно, на мост. А занято в этом кластере было бы несколько тысяч человек.

 «Сегодня обувное производство в России находится в непростой ситуации. У нас осталось несколько кожевенных заводов, два-три десятка крупных обувных фабрик на всю страну, — сказали “Эксперту” в компании “Обувь России” (она пыталась производить товар внутри страны, но была вынуждена перенести производство в Китай). — Поэтому развитие отрасли требует государственных инвестиций. Так в свое время, более двадцати лет назад, поступили в Китае. Сейчас Китай производит более 10 миллиардов пар обуви в год, у них есть три обувных центра. В этих городах находятся десятки тысяч обувных фабрик. Производят в одном месте все — начиная со станков и заканчивая фурнитурой. В России тоже можно создать несколько обувных кластеров в разных регионах страны». При этом рынок обуви в России довольно емкий и еще не насыщенный, а развитие обувной промышленности даст мультипликативный эффект, который найдет отражение в сельском хозяйстве, химической промышленности, торговле. Наверняка подобные перспективы есть и у других производств. Можно было бы сформировать специализированные индустриальные парки с ориентацией на местных производителей на базе умерших или сжавшихся остатков советской индустрии. В городах Сибири таких опустевших «островов индустриализации» достаточно. В таком случае и крупные торговые сети смогут подключиться к процессу и заказывать компаниям продукцию, например, под собственными марками или ту, которая пользуется спросом у покупателей, но до сих пор импортируется.

И, наконец, третий важный момент — развитие инфраструктуры, причем в широком смысле этого слова. Изношенный жилой фонд и коммуникации, зашкаливающий срок службы самолетов, судов и спецтранспорта, аварийные участки дорог, работающие на пределе возможностей и мощностей элементы энергоснабжения — все это давно вошло в повседневный быт сибиряков и жителей Дальнего Востока. По сути, люди, живущие здесь, оказались заложниками разваливающегося на глазах хозяйства. Между тем техногенные угрозы могут ударить по будущему макрорегионов востока России не меньше, чем депопуляция. Достаточно вспомнить катастрофу на Саяно-Шушенской ГЭС или постоянно замерзающие из-за прохудившихся труб поселки.

Особенно серьезные инвестиции необходимы транспортным коммуникациям — как внутри макрорегионов, так и для их связи с европейской частью России. «Большое значение имеют увеличение пропускной способности БАМа (к 2015 году она должна увеличиться как минимум в три раза), развитие восточных портов и малой авиации, — перечисляет Богдан Зыков из БКС. — Расширение транспортно-логистических возможностей макрорегиона позволит ускорить сотрудничество со странами АТР, что, в свою очередь, будет способствовать не только притоку зарубежных инвестиций и созданию новых рабочих мест, но и появлению современного оборудования, передовых технологий, системы менеджмента и новых знаний».

Но, конечно, люди тоже должны взять себя в руки и перестать уезжать. Ведь, по большому счету, кроме них самих, менять их жизнь особо некому. Авторы этого текста не москвичи и могут позволить себе сказать это.

В подготовке материала принимали участие Вячеслав Корзун (Красноярск) и Евгения Обухова

Возьмем пример с Аляски

Аляска в чем-то похожа на восточные территории России: тот же суровый климат, та же удаленность от основной части страны, то же стратегическое значение и огромные залежи полезных ископаемых. При этом с Аляски не стремятся уехать, ее население устойчиво растет и живет довольно неплохо — частных самолетов и вертолетов в расчете на душу населения на Аляске в разы больше, чем в США в целом.

Главные доходы Аляска получает от разработки полезных ископаемых, вокруг которых сложилась довольно обширная обслуживающая промышленность и сфера услуг. При этом добывающие компании платят в виде налогов и других отчислений до половины своих доходов. На Аляске создан аналог российского стабфонда, куда тоже поступают доходы от продажи ресурсов — однако с той разницей, что фонд выплачивает регулярные дивиденды всем жителям Аляски, то есть этот штат похож на арабские государства, где все население может припеваючи жить на нефтяную ренту. При этом налогов местные жители не платят (ни в бюджет штата, ни в федеральный бюджет), за счет государства строится и поддерживается в рабочем состоянии инфраструктура ЖКХ (в аляскинском климате это довольно дорого), средств на образование и медицину выделяется больше, чем в среднем по стране, а местное сельское хозяйство получает крупные дотации.

«Эксперт» №27 (810) 09 июл 2012 года

http://expert.ru/expert/2012/27/mertvyij-vostok/

День просветителя


Случайно узнал, что завтра в Москве - праздник: День просветителя. На нескольких площадках пройдут интересные и необычные лекции, открытые уроки и экскурсии от финалистов, лауреатов и членов жюри премии «Просветитель» разных лет. Лекции будут проходить на нескольких городских площадках, среди которых ДК «ЗИЛ», Московский зоопарк, Музей космонавтики, Пушкинский музей и другие.. О них пишут многие СМИ:

Основатель фонда «Династия» Дмитрий Зимин в интервью «Газете.Ru» о просветительстве, нравственности и математических моделях

Объявлено расписание Дня Просветителя

День Просветителя в Москве 16 ноября

Куда пойти в День просветителя

Интересно, есть ли что-то подобное в других городах? И вообще что каждый из нас сделал на ниве просвещения? Сейчас необходимость в просветительстве и просвещении остра как никогда. Просвещение - это не только популяризация науки и научных достижений, объяснение устройства мира тем, кому это просто интересно и любопытно. Это не только изгнание с каналов ТВ, книг и интернета мракобесия и лженауки. Не менее важная задача ученых и просветителей - просвещать тех, кто, казалось бы, должен быть просвещенным по должности, а именно: правителей, чиновников, депутатов, бизнесменов - всех, кто вершит наши судьбы и строит дороги, которые мы выбираем. Непросвещенность этих слоев общества дорого нам обходится, как показывают незажившие раны РАН. Хорошо бы обсудить конкретные действия, которые может сделать каждый из нас.

А.М.Вершик предлагает  создать широкое движение в защиту образования и науки. и обсуждает, как оно должно выглядеть. По-моему, опорой такого движения должно быть просветительство. Это наша с вами задача: просветить власти насчет того, как должны выглядеть наука и образование в цивилизованном государстве, как должна работать обратная связь между властью и обществом и т.д. и т.п. Итак, как помочь просветительству?


 

Добро пожаловать на сайт ОНР

Спасибо, что зашли на наш официальный портал.

Межрегиональное Общество научных работников (ОНР) создано 24 февраля 2012 года (см. Справку о создании) и действует согласно закону РФ об общественных организациях (см. Устав). Текущую деятельность координирует выборные Совет ОНР и три со-председателя. Общество имеет в своём составе Московское и Санкт-Петербургское региональные отделения. Полный список членов ОНР охватывает и другие регионы, включает работников науки от академиков РАН до научных журналистов.

Мотивация, цели и направления деятельности Общества изложены в компактной форме в Декларации. На этом портале можно ознакомиться с нашими прошедшими и текущими общественными действиями. Текущие и готовящиеся акции обсуждаются и оттачиваются на форуме и в комментариях под выкладываемыми документами.

Для того, чтобы принять участие в этих обсуждениях, необходимо зарегистрироваться на этом портале, то есть назвать своё полное имя, род деятельности и электронный адрес. При этом любой ваш комментарий или пост на форуме будет автоматически подписан вашим полным именем; другие сведения видны только администрации портала.  Вы можете писать на этом сайте и не регистрируясь, при желании «под ником», но тогда вам придётся дождаться одобрения вашего комментария администрацией сайта.

Мы призываем активных научных работников, включая российскую научную диаспору, вступить в Общество: оно инициировано вашими коллегами чтобы защитить науку в России, но сделать это мы сможем только совместно.

Члены Общества имеют преимущества перед просто зарегистрированными пользователями: они имеют доступ ко всем внутренним документам Общества, имеют право выкладывать любые предложения и материалы, редактировать их on-line, участвовать в опросах и голосованиях по насущным вопросам, избирать и быть избранными в координирующие органы Общества. Это происходит на закрытых от общего доступа страницах портала.

Членство в Обществе бесплатно, но, поскольку это общество действующих профессионалов, имеется формальный порог для вступления: несколько научных публикаций за последние три года. Аспирантам достаточно иметь одну публикацию. Научный работник становится членом Общества по решению Совета, который, при необходимости, может воспользоваться сторонними отзывами. В исключительных случаях, когда формальный критерий не выполнен, для вступления необходимы рекомендации двух членов Совета.

На этом портале вы найдёте много информации, новостей и гиперссылок, полезных научным работникам, а также прессу о нас и реакцию официальных инстанций на наши действия.

 

Зачем вступать в ОНР? Что есть ОНР?

Минобрнауки сделало нашему Обществу королевский подарок, выложив  на общественное обсуждение проект более чем странных изменений в Положении ВАК о защитах (очень надеюсь, что новый министр не имеет к этому отношения). Совет ОНР без колебаний принял решение выступить против и открыть сбор подписей в поддержку такого решения. Дать возможность людям выразить свое неприятие, донести общественное мнение до начальства и добиваться отмены нелепых предложений - это как раз то, чем может и должна заниматься общественная организация ученых. 
 
В первые же часы  посещаемость сайта резко повысилась: число уникальных посетителей в 17 часов приблизилось к тысячеЗа первые пять часов после объявления сбора подписей против проекта заявление Совета ОНР поддержало 180 человек, а в 21 час их стало уже 250. Среди них доктора и кандидаты наук, директора и академики,  студенты и аспиранты различных специальностей. Мы приветствуем всех неравнодушных людей, присоединивших свой голос к общему мнению и надеемся, что это только начало, что число подписавших будет во много раз больше.
 
Но пост мой на самом деле о другом. Многие из тех, кто посетил сегодня сайт и тех, кто еще посетит его, мало знают об ОНР, а некоторые, может быть, впервые о нем услышали. Что это за общество такое? Чем они занимаются? Стоит ли ученым туда вступать, или не надо, как бы чего не вышло - наверняка задают себе посетители подобные вопросы.   Собственно, концепция ОНР, его цели и задачи изложены в Уставе ОНР а в более краткой, яркой и пламенной форме - в Декларации ОНР, написанной инициатором создания Общества, выдающимся физиком Дмитрием Дьяконовым.
Однако благородные цели не всегда воплощаются в полезные дела. Сейчас нас менее 300. Может ли что-то реальное сделать такая небольшая группа ученых?
Постоянно задаем себе эти вопросы и мы сами, члены ОНР и постоянные участники дискуссий на сайте.
Некоторое представление о делах ОНР дают материалы ежегодных Общих собраний,  которые можно найти здесь: Материалы ОС ОНР.
 
Вот в более компактной форме ежегодные отчеты, из которых можно узнать о делах ОНР и о его истории:
 
Думайте сами, решайте сами: вступать или нет. Конечно, чем нас с вами будет больше, тем больше мы сможем сделать для российской науки и российских ученых. Поэтому, если сами не захотите вступать, то хотя бы расскажите об ОНР своим коллегам и друзьям, ученикам и учителям, студентам и аспирантам.
Напишите ниже комментарий: что Вам нравится в ОНР, а что, наоборот, хотелось бы изменить. И мне показалось уместным вспомнить и предложить посетителям продолжить здесь дискуссию на аналогичную тему, которая состоялась более четырех лет назад: в июне 2012 года. Открывший ее Павел Юрьевич Чеботарев озаглавил ее так:  "Как сделать ОНР действительно Обществом?"
Тогда нас было всего 47 членов и вопрос был весьма актуален... Тогда был еще жив Дмитрий Дьяконов и он написал замечательный пост  "Что есть ОНР?".
Его я и хотел бы предложить прочесть всем посетителям сайта. Итак,
 

Концепция простая - нужно, чтобы талантливым людям было комфортно заниматься наукой в стране, причём тем, что они считают нужным.

ОНР создано несколькими весьма занятыми научными работниками, вашими коллегами, которые отрывают на это время и силы от своих профессиональных занятий. Они никому ничего не должны - ни "малых дел", ни ярких концепций, ни успехов, ни привлечения новых членов. Здесь нет ни членских взносов, ни "освобождённых членов".

Ак. Е.Б. Александров никому не должен разбираться с Петриком: ничего кроме нервотрёпки, хождения по судам и угроз для жизни он от этого не получает. Д.ф.-м.н.  Б.Е. Штерн, издавая "Троицкий вариант", не сколачивает себе капитал, а не знает, как расплатиться с типографией за очередной номер. То же самое можно сказать про других членов Совета ОНР и многих активистов вокруг. Ничего, кроме неприятностей, шишек, насмешек и траты личных средств и времени. Требовать от этих героических людей что-либо нелепо - им можно (а на самом деле нужно) только помогать. Основной вопрос русской жизни стал не "Что делать?", а "Чем я могу помочь?"

ОНР - это механизм, помогающий научным работникам, которые желают сделать что-то общественно-полезное. Они никому ничего не должны, кроме, быть может, своей совести, прошу прощения за пафос. В рамках ОНР они не чувствуют себя одиноко, быстрее находят единомышленников и реальную помощь, То,  что не сделать одному человеку, потому что не хватает сил, знания конкретики и влияния, могут сделать вместе несколько людей. 

Области, где имеет смысл прилагать свои усилия, обширны - они кратко обозначены в Декларации. От защиты несправедливо притесняемого научного сотрудника до лоббирования бюджетов на научные нужды. Инструментарий тоже обширный, и ОНР его предоставляет - от частных писем должностным лицам до массовых петиций и организации митингов. 

Естественно, с каждым новым членом голос ОНР как целого и его индивидуальных членов становится громче, и поэтому каждый новый член приветствуется. Но специально завлекать кого-либо, по-моему, бессмысленно. Надеюсь, что со временем всё большее число научных работников будет понимать, что работа в рамках ОНР есть способ активного, а в сложившихся условиях и наиболее эффективного влияния на окружающую действительность.

 

Зачем обществу наука?

Читайте также: 

Очередная версия ответа на этот вечный вопрос была предложена 27 сентября 2016 года в Париже, на праздновании 350-летия Французской академии наук, где собрались представители академий наук многих стран. Они подписали декларацию "Наука и доверие"(Science et confiance / Science and trust), говорящую о значении науки как стабилизирующего фактора в современном мире. 16 ноября в Москве русский текст этот декларации был подписан Президентом РАН В.Е.Фортовым и постоянным секретарем Французской академии наук Катрин Брешиньяк. Думаю, что прочесть его и задуматься стоит каждому, имеющему отношение к науке. В наше время, когда усиливаются споры о том, что важнее: национальное или интернациональное, усиливается и взаимное недоверие между странами. И то, что ученые разных стран имеют по важным вопросам единое мнение и доверяют друг другу, может оказать влияние на мнения других людей, на мнения правительств и, в конечном счете, повысить устойчивость и предсказуемость нашей жизни. Но, может быть, кто-то имеет по этому вопросу свое особое мнение?

НАУКА И ДОВЕРИЕ
Знание, умение, понимание нас самих и окружающего нас мира – это движущие факторы существования и развития человечества, где безусловным источником прогресса являются приобретенные на протяжении многих веков научные знания. Это рычаги культурного развития, креативного сотрудничества и роста, а, иногда, и источник для непредвиденного применения полученных знаний. Научные знания, их умножение посредством научно-технологических исследований – это достояние всего человечества. Поэтому необходимо передать эти знания каждому, они должны принадлежать всем живущим на Земле.

Перед лицом глобальных вызовов начала XXI века – беспрецедентного увеличения численности населения, истощения природных ресурсов, существенного разрыва в уровне развития стран, изменения глобального равновесия – особенно важно действовать с опорой на выверенный научный подход.

Наука, поставленная на службу всему человечеству, когда полученные знания применяются с пользой для всех людей, способна ответить на многие вызовы. С другой стороны было бы ошибкой полагать, что наука способна ответить на все поставленные вопросы. Конечно, нет. Однако, очевидно, что обскурантистское видение будущего явилось бы существенным тормозом для развития цивилизаций.

Во все времена крупные достижения человечества были связаны с изменениями в коммуникациях между людьми, начиная с крупных переселений народов в доисторическую эпоху и заканчивая современными виртуальными средствами коммуникаций. Сегодня, в наш быстрый век цифровых технологий с реактивным ритмом общения между людьми, часто вносящим путаницу и недосказанность, нам порой необходимо остановиться, взять паузу для осмысления. Поэтому так важно научиться правильным образом использовать этот новый инструмент общения, чтобы у людей также оставалось время на размышление, необходимое для рождения знаний.

Наука и общество находятся во взаимодействии. Они ни в коем случае не должны быть ни в конфронтации, ни игнорировать друг друга. Напротив, они должны вступать в диалог, оказывать взаимную поддержку для целей всеобщего прогресса. Сейчас, когда периодически ставятся под сомнение польза и важность науки, Академии, собравшиеся в Париже 27 сентября 2016 года, напротив, хотят продемонстрировать свою веру в способность науки двигать человечество вперед.

Разгром "Династии" и сайт РОИ

 
Чему научила история с разгромом "Династии"?
Первая мысль: отчуждение власти от науки, от нужд ученых масс достигло ужасающих размеров, это уже почти пропасть. 
На конференцию 29 мая, куда собралась тысяча ученых из разных городов, где звучали реальные мнения научных коллективов, начальники науки прийти побоялись, прислали заместителей. Да и те сбежали в первый же перерыв, испугавшись недовольного гула переполненного зала. 
На письма общественных организаций и вопросы СМИ по поводу статуса иностранного агента для "Династии" власти отвечали отписками и отговорками.
Да и еще много чего происходит.
 
Вторая мысль: зачем власть так явно работает против своего имиджа?
Эта мысль снова пришла после вандального указа об уничтожении еды. На сегодня петицию против него на сайте Change.org подписало уже больше  320 000 человек, мало что вызывало такую волну возмущения в последние годы. Но там, на сайте петиций я увидел ссылку на аналогичную инициативу на сайте РОИ (Российская общественная инициатива), о котором мы редко вспоминаем. Вот она: "Уничтожение санкционных товаров". Сейчас, 08.08.2015 в 14:30 ее подписало всего 3849 человек. Почему так мало? Да еще при этом 173 голоса было подано против. Почему?
Ведь фотожабы типа "Иван Грозный убивает собственного сыра" смотрят миллионы...
Неужели только потому, что регистрация на РОИ требует некоторых усилий?
С другой стороны, некоторые инициативы на РОИ собрали уже больше положенных ста тысяч голосов, например, Петиция за ежегодную индексацию заработной платы или Петиция об интернет-выборах тренеров и состава сборной РФ по футболу.  
Значит, много народу все-таки регистрируется на сайте госуслуг. Тогда почему молчим?
Ясно, что нет особой надежды, что власть отреагирует верно. Однако сайт РОИ - единственный пока доступный массам ресурс, где защита от накруток и обмана в сборе статистики гарантирована государством.
Я стал просматривать инициативы. Среди них много смешных и наивных, есть злобные, ксенофобские и нацистские (причем странные инициативы пишут десятками одни и те же люди). Но есть и разумные инициативы и их статистика интересна.
Например, есть инициатива открытая месяц назад: "Отменить действие федеральных законов "об иностранных агентах" и "нежелательных организациях". И сколько же человек ее подписало: на сегодня 632. Зато против - 547 голосов!
Над этими цифрами стоит задуматься. Те, кто против, скорее всего - это штатные тролли. Тут они мобилизовались. А вот почему "за" только 632?
Причем два дня назад их было, помню, 511 и против было ровно столько же. Сейчас, видимо, инициатива против уничтожения санкционных товаров привлекла внимание нормальных людей, ставших просматривать, как и я, этот сайт.
Так почему же мы сами упускаем возможность сказать хотя бы друг другу то, о чем мы думаем? Ведь движение к гражданскому обществу нужно прежде всего нам самим. 
На митинг 6 июня в защиту образования и науки пришло всего три тысячи людей. Почему? 
Конечно, спасибо и за это и респект тем, кто пришел. Но к нам будут прислушиваться лишь тогда, когда нас будет тридцать тысяч, а слушать нас будут, когда нас будет сто тысяч.
 
Предлагаю рассматривать сайт РОИ как инструмент формирования общественного мнения.
Там уже есть хорошие инициативы. Например, инициатива "Проверить кандидатские и докторские диссертации работников госкорпораций, органов власти, предприятий со 100% госучастием на плагиат" набрала почти 7500 голосов, а против - всего 120.
Очевидно, надо привлечь к этой инициативе внимание и поддержать ее.
 
Подводя итог, предлагаю членам ОНР и сочувствующим обратить внимание на сайт РОИ, распространять информацию о разумных инициативах, самим готовить и вводить достойные инициативы. Формирование общественного мнения - важная задача ОНР.

С Новым Годом!

Уважаемые коллеги, дорогие друзья,

Позвольте поздравить всех членов Общества научных работников и "сочувствующих" с Новым Годом и пожелать творческих успехов, здоровья и счастья в наступившем году.

В 2012 году Общество сделало свои первые шаги, вступило в диалог с властями. Мы пытались донести до них голос работающих ученых, обратить внимание на наиболее острые наши проблемы. Мы писали о необходимых изменениях в работе РФФИ, о недопустимо низких окладах преподавателей, о вопиющих случаях фальсификаций и плагиата в защищенных диссертациях, о перекосах в законодательстве. Нам отвечали, но часто не слышали или делали вид, что не слышат нас. Мы установили контакт с новым руководством Минобрнауки, но его первые шаги были неоднозначны: разумные планы соседствовали с неосторожными высказываниями и непродуманными действиями. Все-таки год не прошел впустую: теперь мы лучше понимаем разногласия с властями и можем лучше формулировать наши требования.

Декабрь омрачился трагическим событием: безвременной кончиной со-председателя ОНР, инициатора создания Общества Дмитрия Дьяконова. Теперь нам будет труднее, но отступать нельзя.

В 2013 году перед ОНР и его 186-ю членами стоят серьезные задачи:

- продолжить взаимодействие с органами власти и РФФИ по проблемам, поднятым в 2012 году.

- продолжить работу по привлечению членов ОНР и других специалистов к сотрудничеству с МОН для повышения качества экспертизы проектов.

- сформулировать требования к научной политике и предложения к властям, в частности, к МОН, наиболее актуальные для 2013 года, с учетом принятия программы развития науки и технологий РФ на 2013-2020 гг. (обсуждения этих требований, фактически, уже начались на форуме ОНР: http://onr-russia.ru/content/Будем-оптимистами-Правительство-действительно-хочет-развития-науки-и-технологий-в-РФ и на форуме Scientific.ru )

- научная общественность не должна остаться в стороне и от обсуждения возможных реформ в РАН, связанных с выборами нового руководства РАН в мае 2013 года.

Все перечисленные и другие острые проблемы могут и должны обсуждаться в рамках подготовки к Общему собранию ОНР, которое по Уставу должно состояться в конце февраля 2013 года. Я призываю членов ОНР к выдвижению и обсуждению предложений по вышеперечисленным вопросам.

На Общем собрании могут также быть избраны/переизбраны члены руководящих органов ОНР: Совета и ревизионной комиссии. Возможно принять и изменения в Устав, если это необходимо. Просьба обдумать и эти возможности тоже.

Еще одним итогом 2012 года является то, что в ОНР уже есть критическая масса профессионалов, способных предложить разумные решения проблем российской науки во всех ее основных областях. Изменения к лучшему, как правило, идут медленнее и хуже, чем нам хотелось бы. Но это не значит, что они невозможны! И это не значит, что без нашего участия реформы пойдут так, как надо. Давайте же не будем оставлять стараний влиять на ситуацию.

Искренне Ваш, со-председатель ОНР Александр Фрадков

С Новым научным годом, друзья!

Читайте также: 

От 2016 года в памяти остается прежде всего декабрь. Он выдался трудным для многих научных работников. Одновременно заканчивались сроки сдачи и итоговых отчетов по первым конкурсам РНФ, и отчетов по очередным конкурсам РФФИ. Ну и, конечно, душила плановая отчетность: заполнение таблиц от ФАНО, подсчет индикаторов в  вузах (особенно в тех, что участвовали в программе 5-100), отчеты по госзаданиям и прочее, прочее. В критические дни (перед 15 декабря в РНФ и перед 22 декабря для РФФИ) сайты были перегружены и только мудрое решение руководства фондов отложить дедлайн сняло проблему.

С одной стороны, надо радоваться тому, что стало больше разных фондов и грантов, но с другой стороны, трата такого количества времени и сил на отчетность не способствует росту научных достижений. Даже позитивные тенденции не всегда радуют. Казалось бы, стали учитывать не только количество, но и качество публикаций: попадание в квартили Q1 и Q2, величины импакт-фактора и его скопусовского нормированного аналога SJR и т.п. Однако сильную работу сделать труднее, чем слабую. Требуется не только больше времени, но и более высокая квалификация авторов. А вырастить таких авторов нельзя ни за полгода, ни за год.  В итоге стремление выполнить план любой ценой не способствует росту уровня отечественной науки.

Отдельно хочется отметить  фантастическое засилье бюрократии в ФЦП "Исследования и разработки...", о котором тут уже писалось. Мы даже решили отказаться от подачи заявки туда на российско-индийский конкурс, поскольку если выполнять все их условия, сил на научную работу уже не останется.

Важное событие произошло 26 декабря: состоялось заседание Совета по грантам, на котором рассматривались заявки на продление 4-й очереди мегагрантов. Из 36 заявок было удовлетворено 34. Один мегагрант не был продлен из-за существенного невыполнения  ведущим ученым обязательств по присутствию в РФ 120 дней в году. Вопрос о финансировании еще одного мегагранта будет решаться после заслушивания выступления руководителя на заседании Совета по грантам  в марте. В апреле будет объявлена следующая, 6-я очередь конкурса мегагрантов. А сейчас еще есть время обсудить предложения по формату и порядку проведения нового конкурса, критериям отбора заявок. Этому будет посвящена отдельная ветка.

Следующая тема, которая наверняка будет занимать нас в 2017 году - это Стратегия научно-технологического развития России, утвержденная указом Президента РФ 1 декабря 2016 г. Ей посвящено недавнее интервью  и.о. директора Департамента науки и технологий Минобразования Сергея Юрьевича Матвеева, с которым рекомендую ознакомиться. В интервью высказываются достаточно современные и разумные идеи, реализация которых может существенно облегчить разработку и внедрение в промышленность  результатов прикладной науки. Обсуждаются и другие проблемы: грядущие изменения в ФЦП ИР, повышение уровня российских научных журналов и пр.
 

Среди других заметных явлений в научной жизни 2016 года нельзя не отметить активную деятельность "Диссернета", запустившего в декабре новый проект "Диссеропедия", призванный вывести на чистую воду жульнические научные журналы. Советую прочесть недавнее интервью Андрея Ростовцева и Ларисы Мелиховой "Пузырь российской науки" 

Радует также активизация деятельности Совета по этике при Ассоциации научных редакторов и издателей (АНРИ),  также поставившего целью распространение представлений о научной этике среди издателей и авторов и соблюдение этических  принципов в российских публикациях.

Наконец, вспоминая о негативных событиях научной жизни прошедшего года, нельзя умолчать о позорных итогах выборов в члены РАН. Возмущение ими выразили даже В.В. Путин и М.М.Жванецкий, оба в своеобразной форме. Итоги выборов в РАН, конечно, будут не раз обсуждаться и в 2017 году. Уже сейчас дискуссия об итогах выборов в Отделении математических наук, возникшая на страницах газеты "Троицкий вариант-Наука", вызвала лавину комментариев (более 200 комментариев на 3.01.2017). В дискуссии высказано немало предложений о том, как реорганизовать выборы в РАН. Уместно вновь вспомнить мысли о реформе РАН Дмитрия Дьяконова, безвременно ушедшего четыре года назад, 26 декабря 2012 года.

Какие бы радостные или грустные события не встретились нам в 2017 году, больше всего хочется одного: более активного участия научных работников в решении жизненно важных для них вопросов. Поверьте, очень часто мы сами виноваты в том, что жить и работать нам не так приятно, как хотелось бы. Просто если все молчат, то, очевидно, это всех устраивает и всем нравится.

И если кто-то считает, что наши письма, предложения и требования игнорируются властью потому, что общественность не в силах что-то изменить, то это глубоко неверно. Если бы наши письма во власть сочиняли не 5-7 членов Совета ОНР, а хотя бы 10-20, а подписывали их не 1-2 тысячи, а 10-20 тысяч научных работников, то, убежден, эффект от этих писем был бы гораздо больше.

Думается, что именно проблеме активизации научного сообщества нужно посвятить подготовку к очередному Общему собранию ОНР.

В заключение, чтобы избежать "звериной серьезности" при рассмотрении научных вопросов, позвольте привести несколько ссылок на научные ребусы.

Научные ребусы-1,   Научные ребусы-2.   Научные ребусы-3  Математические ребусы

Два года реформы РАН - подведём итоги?

Читайте также: 

 

Уважаемые коллеги,

прошло ровно два года после того как была запущена реформа Российской академии наук. СМИ отреагировали на это рядом весьма острых публикаций:

На распутье

http://novayagazeta.spb.ru/articles/9945/

Жизненный цикл РАН закончен?

http://regnum.ru/news/innovatio/1981309.html

Институт №747

http://regnum.ru/news/innovatio/1976591.html

Корень из квадрата числа ученых в штуках

http://www.gazeta.ru/science/2015/09/29_a_7785701.shtml

Чиновники отбирают у ученых академические свободы

http://www.mk.ru/social/2015/09/22/chinovniki-otbirayut-u-uchenykh-akade...

Кому и зачем нужна реформа академической науки

http://www.ng.ru/nauka/2015-09-23/9_academie.html

А как изменилась ваша жизнь за эти два года? Что дала эта реформа вам, вашей лаборатории, вашему институту?

Давайте обсудим!